не по Сеньке шапка

Гаврила давно заглядывался на интеллигентную скромницу Нину Буржицкую, даже пару раз бесплатно чинил ей сапоги.

Но он и думать не смел о совместном будущем с ней. Где Нина, заслуженный учитель в прошлом, и где он — сапожник без сапог, живущий в разваливающемся доме на краю села?

И всё-же судьба свела их вместе на новогодних праздниках, когда Нина поскользнулась, выходя из клуба, а проходивший мимо Гаврила успел её подхватить.

Нина была признательна мужчине:

— Даже не знаю как вас отблагодарить. Может быть, составите компанию мне и моим подругам в Новогоднюю ночь?

Женщина отогнула рукав своей лисьей шубки и посмотрела на часы, болтающиеся на хрупком запястье.

— До нового года осталось три часа. А нам в доме как раз нужен мужчина, который сможет строганину нарезать, и запустить фейерверк.

Гаврила, никуда не спешивший и раздумывающий о том, куда бы спрятаться от ненужных назойливых соседей, которые обещали явиться к нему в Новый год, с радостью ухватился за предложение Буржицкой.

И даже заметил вслух:

— Я заметил, что у вас браслет на часиках великоват. Укоротить бы его чуток.

— О, да, болтаются, всё время боюсь их потерять. Было бы хорошо, укоротить. Только там хитроумный механизм, ума не приложу, как убрать одно звено.

— Так я могу, — глухо предложил мужчина.

Нина кивнула головой:

— Тогда идите за мной. Я вам выдам инструменты и чините часы. Я знаю, у вас золотые руки. Да и мне с вами будет веселее, пока гостей жду. Вы ведь не торопитесь домой? Насколько я помню, у вас нет ни семьи и никакой родни.

Гаврила что-то мыкнул в ответ и пошёл, опустив голову, следом за Буржицкой. Он шел и наслаждался ароматом ее сладких приторных духов.

…Впервые Гаврила встречал Новый год в приличном месте. И хоть он забился в дальнем углу стола, спрятавшись в тени шифоньера, всё-равно млел от вопиющей чистоты вокруг, обилия красивой посуды, салфеток и хорошей еды на столе. И уюта.

Нина последние пятнадцать лет жила одна, наслаждаясь одиночеством и отдыхом на пенсии. Её взрослый тридцатилетний сын Егор изредка навещал её, появляясь в селе.

А дом у Нины был хорош — со всеми удобствами и септиком. Почти новый, построенный в этом веке и за какие-то «выдающиеся заслуги» переданный администрацией района в пользование ей.

Жила Нина хорошо, в городе у неё имелась небольшая студия в новом доме, которую она сдавала за приличные деньги.

Сын тоже был обеспечен собственной квартирой и грозился в скором времени жениться, на женщине из интеллигентной семьи. Будущую невестку Аллочку Нина знала, холила, лелеяла её словно родную дочь. И верила, что к тому времени когда она превратится в совсем старенькую и немощную, досмотр ей будет обеспечен.

Ей бы жить и радоваться, но… Она вдруг влюбилась.

Закадычные подруги Нины, Злата Борисовна и Марина Демидовна, в прошлом тоже именитые учителя, отговаривали Нину:

— Не вздумай совершать глупость и не смей приводить Гаврилу в дом. Он же нищий, подруга, всё что у него есть — это склад старых никому ненужных башмаков! И дом, который того и гляди рассыплется!

— Счастье с таким построить невозможно! Да у него даже одежды приличной никакой нет! Питается непонятно чем, наверняка все органы у него больные и вот-вот сдадут. Уверена, лечение одних только его зубов обойдётся в кругленькую сумму. Нужно отдавать себе отчет в том, кого ты хочешь взять в дом!

— Если ты Нина, согласишься стать его женой, то потеряешь двух подруг. Подруг, с которыми не один пуд соли съела! Зато обретёшь сомнительные «штаны».

Нина молчала, кутаясь в свою белоснежную паутинку-шаль и свесив нос.

Она только похвасталась Злате и Марине в том, что Гаврила преподнёс ей кольцо и предложил выйти за него замуж.

Обе подруги тут-же взвились коршунами и чуть не разорвали её в клочки.

— Кто же ходит в загс, в таком возрасте, Нина?! Опомнись! — кричала, тряся кистями рук Марина. — У этого, без пяти минут бездомного, просто виды на твоё жильё!

— Какое кольцо он тебе подарил? Небось, из проволоки свил?

Нина молча показала женщинам кисть руки, на безымянном пальце которой красовалось кольцо.

Обычное желтенькое кольцо с красным камнем.

— Какое потёртое. В ломбарде скупил. Тебя что, совсем не интересует происхождение кольца? Еще неизвестно, с кого его сняли, а ты напялила, святая простота!

— Ты замучишься приводить своего Гаврилу в приличный вид! Даже если его постричь и разодеть, он всё равно будет шаркать ногами при ходьбе. И вжимать голову в плечи. Как ты собираешься выходить с ним в свет?!

Нина выслушала шквал критики и подняла голову:

— В какой еще свет, девоньки? Вы о чём? Мы живём в селе.

— У тебя сын вот-вот женится, невесту в дом приведет! — закричала Злата, приводя весомый аргумент. — Тебе свадьбу сыну придется играть. И не где-нибудь, а в городском ресторане. А твой Гаврилка в глаза людям боится посмотреть и двух слов не может связать, словом, позорище, а не кавалер. Как он будет выдавать тосты за столом, а поздравлять, а речь молодым говорить? Не смей, Нина, бросаться в омут с головой!

Нина задумчиво посмотрела на подруг. Те змеями вились, открывая рты и извергая потоки нехороших слов.

И размахивали руками, отчитывая её, как непутёвую школьницу.

Её спас чайник на плите. Он вскипел и протяжно засвистел, отчего Нине удалось вырваться и убежать в кухню:

— Да хватит вам, девы, нагнетать! Давайте лучше чая попьём.

Нина открыла холодильник и достала из коробочки пирожные. Ей их сын из города вчера привёз. Злата высмотрела в холодильнике копчёности и свиную рульку и взвилась:

— А там у тебя что?! Всё понятно! Продуктовый набор, которым можно ублажить мужчину! У меня нет слов! Он что, еще и кормится у тебя?

— Играешь с огнём! Повадится у тебя питаться, не выгонишь потом!

Марина подошла к холодильнику и сгребла в пакет всё, кроме овощей. А на молчаливый вопрос Нины, проронила:

— Какое-то время будешь обедать у меня. А ужинать можешь чаем и огурцами, здоровее станешь. Значит так: с этого дня, мы со Златой будем за тобой пристально следить. В дом Гаврилу не пускай. Ничем на своей территории не корми. Деньги на него не трать. Ничего ему не покупай. Тогда он и покажет свое истинное лицо! А там уж до тебя дойдет, так ли уж нужен он тебе.

Подруги попили чай, погалдели и ушли.

Нина осталась сидеть в кухне у окна.

Она чувствовала себя выпотрошенной рыбой.

Гаврила появился у калитки её дома через час, робко постучал, вошел в дом.

— Может, по чайку? — улыбнулась хозяйка.

— Давай.

— Только у меня к чаю ничего нет.

— Не беда.

Попив пустой чай, мужчина улыбнулся:

— Не хотите ли на рыбалку со мной сходить?

— На рыбалку?! Но я не умею… ловить рыбу и вообще.

— А там ничего сложного и нет. Удочку я вам дам. Велосипед у соседа для вас попрошу, да поедем на берег реки. Чего дома киснуть? Погода прекрасная. А и рыбу пожарите потом, вот вам и еда.

Нина согласилась на странное предложение. Оказалось, что она давно отвыкла ездить на велосипеде. Да и ездила ли когда-нибудь?

Гаврила помог ей научиться владеть рулём. Научил забрасывать удочку в воду, подсекать.

К вечеру Нина вернулась домой румяная, отдохнувшая, с тремя небольшими рыбинами, плескавшимися в ведре. Пока она переодевалась в доме, Гаврила расположился на крыльце и почистил рыбу, которую поймала Нина.

— Остаётся посолить, а потом закинуть в сковороду, — по-доброму улыбнулся он, заглядывая женщине в глаза.

Нина обрадовалась. Сегодня выдался необыкновенный день, Гаврила научил её простым вещам: кататься на велосипеде, ловить рыбу. Ей не хотелось, чтобы мужчина уходил. После его ухода, Нина осталась сидеть на крыльце. Она сидела час, или два, не глядя на часы.

— Что у тебя там в ведре? — раздался противный скрипучий голос, это Злата Борисовна пришла.

— Это рыба, — отозвалась Нина. — Мы сегодня с Гаврил Павловичем ездили на рыбалку на велосипедах…

— Ты с ума сошла, уезжать далеко от дома, не предупредив нас? — возмутилась Злата.

Скрипнула калитка и во двор вошла вторая подруга Нины, Марина.

— Куда, куда это вы ездили?

— На рыбалку. Человек зашел в гости попить чая, а у меня стол пустой, — холодно проговорила Нина. — Вот Гаврилушка и позаботился обо мне как мог, снабдил меня рыбой к ужину.

— Какой-то прошлый век! — возмутилась Злата. — Сказала бы мне, что тебе рыба нужна, я у соседа-рыбака бы купила по дешёвке. А то и бесплатно взяла. Тебя послушать, так Гаврилушка — рыцарь, от голода тебя спас!

Марина посмотрела в ведро, где лежала рыба и вздохнула:

— Так рыбы захотелось. А может, пожарим ее на углях?

— Звучит заманчиво. А как её жарить на углях?

Нина встрепенулась:

— Надо Гаврилу попросить, он всё умеет.

— Ну вот еще, он будет трогать рыбу грязными руками.

— Да почему «грязными» то? — вышла из себя Нина. — Знаешь что, Златочка? За полгода знакомства с вами, Гаврила ни слова плохого про вас с Мариной не сказал. Зато вы облили человека помоями с ног до головы! Я не хочу вас больше слушать. Я не могу.

Встав с крыльца, Нина вышла за калитку и пошла по дороге.

Злата с Мариной последовали за ней.

— Нина опомнись и прийди в себя, — негромко говорила Злата. — Ты идешь к нему? Прекрасно! Вот что с женщинами творят «штаны»! Он же утянет тебя на дно! Общение с ним ничего хорошего тебе не принесет, ты начнешь деградировать, будешь выглядеть рыбачкой…

Нина обернулась и выкрикнула:

— Ну и пусть! Сколько мне осталось жить? Десять лет? Двадцать? Я не хочу жить с осознанием того, что упускаю возможности создать семью! Мне нравится быть рядом с Гаврилой, я постоянно думаю о нём! Раз такое дело, значит я должна быть с ним! Я хочу жить своим умом, а не вашим. Если он вам не нравится — это ваши проблемы, не мои! Мы с Гаврилой сами разберёмся, без вас!

Повернувшись, Нина пошла к дому Гаврилы. А тот будто ждал её, вышел на крыльцо.

— А пойдем прогуляемся, вечер такой чудный, тёплый, — предложила она.

— Почему бы и нет? Я сейчас, куртку возьму.

Марина со Златой какое-то время стояли посреди дороги и смотрели на две удаляющиеся фигуры.

— Она всё-таки не послушала нас, — покачала головой Злата. — Какой позор.

Марина Демидовна молчала. Только смотрела вслед Нине.

— Ей повезло…

Злата недовольно повернулась к подруге:

— Ты о чем?!

Марина вздохнула:

— Что бы мы не говорили, Нине сейчас очень хорошо. Лучше, чем нам с тобой. По-правде говоря, за мной много лет ухаживал сосед…

— Кто за тобой ухаживал? Этот лысый пузан Михалыч? — вскипела Злата. — Он тебе не пара, ишь, возомнил себе!

— Перестань, — тихо попросила Марина. — Ну перестань уже поливать всех грязью, Злата… Он неплохой человек. Пожалуй, зайду к нему, позову прогуляться. У него астма, прогулка на свежем воздухе не повредит…

Злата Борисовна осталась стоять на дороге одна.

Последняя её надежда и подруга юркнула в один из домов.

— Да как же так?! Они с ума что-ли, посходили? — заволновалась женщина. — Что ж… Сами выбрали свой путь.

Злата пошла домой, по пути вспоминая всех одиноких мужчин, оставшихся невостребованными в их селе.

И с ужасом поняла, что всех более-менее приличных «разобрали».

Остались только те, кто любит «закладывать за воротник».

— Ладно. В нашем селе непьющих разобрали, значит поищу в соседнем селе, — пробормотала она.

Одинокая луна освещала ей путь.