Семейные отношения: Жена готовит сюрприз к возвращению мужа с рыбалки

Напивая себе под нос весёлые песенки, она лепила сочные румяные пирожки с мясом и капустой, которые Игорь обожал. Варила наваристый густой борщ с пампушками и чесноком, запекала ароматные куриные крылышки с хрустящей корочкой, всё тщательно упаковала в термосумку, чтобы еда оставалась горячей и свежей. Утром, одевшись в удобные джинсы и тёплую флисовую кофту, Елена проверила телефон. Связь там в глубине леса была плохая, поэтому она не могла позвонить и предупредить.

Да это и не нужно было. Это же сюрприз. Она села в свою машину, включила навигатор, который показывал знакомый маршрут. Сердце её переполнялось нежностью и предвкушением.

Лесная дорога, ведущая к хуторку, становилась всё более ухобистой и узкой, но Елена была полна решимости. Представляя изумлённое, а затем радостное лицо Игоря, его благодарные объятия, она ехала вперёд, не замечая неровности дороги. Когда машина наконец выехала на небольшую, слегка заросшую поляну, где обычно парковались рыбаки, Елена мгновенно почувствовала неладное. На месте, где всегда стояли их старенькие, но надёжные внедорожники, был припаркован один блестящий, явно недавно купленный пикап.

А рядом с ним две незнакомые машины, одна из которых была спортивной, ярко-красной, а другая миниатюрной городской малолитражкой. Это уже само по себе было странно, но куда сильнее её насторожили звуки. Из-за деревьев, из глубины леса доносились оглушительные, неестественно громкие звуки музыки. Не шансон под гитару у костра, как всегда, и не тихие мужские разговоры, а какая-то оглушающая, примитивная попса с тяжёлым пульсирующим басом и смех.

Много смеха, яркого, звонкого, совсем не мужского смеха, женского смеха. Елена замерла. Сердце её сделало странной болезненный кульбит, как будто на мгновение остановилась, а затем забилась с удвоенной силой где-то в горле. В голове мелькнула лихорадочная, абсурдная мысль, что она, возможно, перепутала место.

Но нет, это был тот самый хуторок, та самая поляна, тот самый старый покосившийся домик, в котором они когда-то с Игорем ночевали в палатке, когда их отношения только начинались. Она заглушила мотор. Внезапно наступившая тишина в салоне машины на секунду показалась оглушительной. Музыка и смех из домика казались нереальными, словно доносились из параллельной вселенной.

Елена осторожно вышла из машины, взяв с собой только телефон. Термосумка с ужином осталась на заднем сиденье. Её тяжесть вдруг показалась невыносимой, как свинцовый груз на душе. Медленно, словно в замедленной съёмке, она подошла к домику.

Окна были незавешены, и сквозь них пробивался яркий, неестественно праздничный свет, отбрасывая причудливые тени на окружающие деревья. Чем ближе она подходила, тем отчётливее становились звуки. Бутылки, стукающие друг от друга с характерным звоном, громкие пьяные возгласы, визгливый женский смех, совсем не похожие на тихие задушевные мужские беседы у костра, которые она себе представляла. Сердце Елены начало колотиться где-то в горле.

Навязчивый, липкий холодный ужас попался по венам, замораживая кровь. Она подошла к окну и заглянула внутрь, прижимаясь лицом к холодному стеклу. Картина, приставшая перед её глазами, заставила её пошатнуться. Это была не рыбацкая посиделка, это была настоящая полномасштабная вечеринка….