сказывая это, Сергей настойчиво просит мать взять собаку, не осознавая, как его слова ранят её сердце

Барс, стоявший позади Тамары, радостно залаял, подтверждая слова соседки.

Тамара Сергеевна захлопнула дверь.

Она бросила взгляд на пса, который энергично вилял хвостом, ожидая похвалы.

Затем перевела взгляд на разорванный диван.

И на свой телефон.

Внутри росло глухое, тяжелое раздражение.

Она всегда старалась решать ситуации мирным путем.

Убедить, объяснить, проявить понимание.

Но ее логика, чувства и доводы никому не были нужны.

Они разбивались о стену снисходительного равнодушия.

Она взяла поводок. — Пойдем, Барс, прогуляемся.

По аллее парка она вела пса, ощущая, как напряжение в плечах превращается в тупую, ноющую боль.

Барс рвался вперед, чуть не вырывая поводок из ослабевших рук.

Каждый рывок отзывался в ее душе эхом слов сына и дочери: «эгоизм», «куча времени», «сложно помочь?».

Навстречу шел легкой, почти танцующей походкой Людмила, ее бывшая коллега.

Яркий шарф, модная стрижка, смеющиеся глаза. — Тамарочка, привет!

Сначала я тебя и не узнала!

Вся в заботах!

Опять с внучком? — она кивнула на Барса. — Нет, это сыновья собака, — тихо ответила Тамара. — А, понятно! — беззаботно рассмеялась Люда. — Ты у нас настоящая палочка-выручалочка.

А я, представляешь, через неделю лечу в Коблево!

Записалась на фламенко, представь?

В мои-то годы!

С девчатами из группы едем.

Муж сначала ворчал, а потом сказал: «Лети, оторвись, ты это заслужила».

А ты когда в последний раз отдыхала?

Вопрос повис в воздухе.

Тамара не смогла вспомнить.

Для нее отдых всегда был связан с дачей, внуками, помощью детям. — Ты выглядишь уставшей, — искренне сочувствовала Людмила. — Нельзя так на себе всё тянуть.

Дети уже взрослые, пусть сами справляются.

А то так и будешь нянчить их собак, пока жизнь проходит мимо.

Ладно, я побежала, у меня репетиция!

Она быстро ушла, оставив после себя шлейф дорогих духов и звонкую пустоту. «Пока жизнь проходит мимо».

Эти простые слова сработали, как детонатор.

Тамара Сергеевна резко остановилась, и Барс удивленно глянул на нее.

Она посмотрела на огромного пса, на руки, крепко сжимающие поводок, на серые дома вокруг.

И поняла, что больше не в состоянии продолжать.

Ни одного дня.

Ни одного часа.

Всё.

Хватит.

Она взяла телефон.

Дрожащими пальцами открыла поисковик и набрала: «Лучший отель для собак Одесса».

Первая же ссылка вела на сайт с глянцевыми фотографиями: просторные вольеры, бассейн, груминг-салон, индивидуальные занятия с кинологом.

И цены, которые буквально перехватили дыхание.

Решительно набрала номер телефона. — Здравствуйте.

Хотела бы забронировать номер.

Да, для дога.

На две недели.

С полным пансионом и спа-процедурами.

Она вызвала такси прямо в парк.

В машине Барс вел себя необычайно спокойно, словно ощущал перемены.

В отеле пахло не псиной, а лавандой и дорогими шампунями.

Милая девушка в униформе протянула ей договор.

Тамара Сергеевна, не моргнув, вписала в графу «Владелец» имя и номер телефона Сергея.

В графе «Плательщик» — тоже его.

Залог оплатила из денег, что копила на новое пальто.

Это была лучшая инвестиция в её жизни. — Мы будем присылать ежедневные фотоотчёты на номер владельца, — улыбнулась девушка, забирая поводок. — Не волнуйтесь, вашему мальчику у нас понравится.

Вернувшись в свою умиротворённую, хоть и потрёпанную квартиру, Тамара Сергеевна впервые за много лет ощутила не одиночество, а покой.

Она налила чай, села на уцелевший край дивана и отправила два одинаковых сообщения.

Одно — Сергею.

Другое — Оксане. «Барс в безопасности.

Он в отеле.

Все вопросы к его владельцу».