настойчиво заявил Назар, когда его жена Мария решила перестать финансировать его мать Ганну по её правилам

— Мария, в доме совсем пусто! Назар вчера ничего не перевёл, у меня ни копейки!

— Сочувствую.

Мария спокойно открыла банку и намазала варенье на ломоть хлеба.

— Позвоните Назару. Это его зона ответственности, не моя.

— Да как тебе не стыдно?! Я с самого утра голодная, а ты сидишь и ешь!

— Ганна, вы сами настаивали на раздельном бюджете. Это вы учили сына держать финансы под контролем. Вот и контролируйте. Мои средства — это мои средства. Я не намерена расходовать их на вас.

Ганна резко схватила телефон и набрала номер.

— Назар! Денег нет, продуктов нет! Что значит, ты потратил всё на ремонт машины?! Мне нужна еда! Да какая разница, что у тебя там случилось! Как это — не можешь?!

Она ещё некоторое время говорила на повышенных тонах, затем с раздражением швырнула телефон на стол и впилась взглядом в Марию.

— Это ты его против меня настроила.

— Я ничего не настраивала. Просто живу по тем правилам, которые вы установили. Вы хотели, чтобы мужчина распоряжался деньгами? Он распоряжается. Сейчас у него нет для вас, потому что нашлись более важные траты. У меня деньги есть, но они принадлежат мне. И я не обязана обеспечивать человека, который учит моего мужа не доверять собственной жене.

Ганна тяжело перевела дыхание и скрылась в комнате. Спустя час она вышла уже одетой, с сумкой в руках.

— Я уезжаю. Не стану жить там, где Мария держит свекровь впроголодь. Передашь Назару, что я вернулась в деревню.

— Передам.

— И запомни, Мария, я ему всё расскажу. Какая ты на самом деле. Скупая и бессердечная.

— Обязательно расскажите. Только добавьте, что раздельный бюджет — это была ваша идея. Я всего лишь следовала вашим правилам.

Дверь громко хлопнула. В квартире воцарилась тишина. Мария не испытывала ни торжества, ни злости — только усталость и лёгкое облегчение.

Назар вернулся поздно вечером, вошёл осторожно.

— Ганна уехала.

— Я в курсе.

— Она говорит, что ты её выгнала.

— Я никого не выгоняла. Просто не стала оплачивать её питание из своих денег. Ты не перевёл средства, она осталась без продуктов. Вот и приняла решение уехать.

Он опустился рядом.

— Прости, Мария. Мне не следовало соглашаться. Она давила, говорила про сердце, что я неблагодарный сын. Я подумал, что проще уступить.

— Проще было тебе, Назар. Ты уходил на работу, а я оставалась один на один с твоей матерью и последствиями твоих решений. Ты подвёл нас. Всё, что мы выстраивали вместе.

— Понимаю. Это моя вина.

Он протянул ей букет — Мария знала, что для Назара такой жест значит многое.

— Цветы — это приятно, но этого мало.

— Тогда скажи, что нужно сделать.

— Мы возвращаем общий бюджет. Полностью. Снова работаем как команда. Но теперь ты подтверждаешь это поступками. Большая часть домашних обязанностей — на тебе: готовка, уборка, покупки. Я больше не хочу тянуть всё одна, пока ты прислушиваешься к Ганне.

— Хорошо.