Наряжают мальчиков в женские платья, бьют, процветает дедовщина. В детдоме на Урале вскрылись издевательства над больными детьми

Бывшие педагоги детского учреждения утверждают, что там царила очень неблагополучная обстановка

Филипп Сапегин / E1.RU

Жительница Арамиля Свердловской области Юлия рассказала E1.RU о диких порядках в одном из детских домов Свердловской области. Старшие с молчаливого согласия воспитателей здесь бьют младших — таким образом в учреждении поддерживают дисциплину. Это «воспитание» привело к увечью: 15-летний двоюродный брат Юлии Никита в результате издевательств лишился пальца на руке. Журналисты также поговорили с несколькими бывшими сотрудниками учреждения. Они подтверждают, что насилие в этом месте процветает: дети терпят побои и от педагогов.

«Поощряли, чтобы младшие боялись старших»

Юлин двоюродный брат попал в детский дом, после того как его маму лишили родительских прав. Как объясняет женщина, причина — в асоциальном поведении матери Никиты. Сейчас ее уже нет в живых. Какое-то время мальчик жил у них, дедушка оформил опекунство, но потом из-за болезней не смог быть опекуном. Сейчас он лежачий, Юлия ухаживает за ним и за его супругой. Она рассказывает, что сначала пыталась оформить на себя опеку над братом, собрала документы, но получила отказ:

— Пришли из опеки смотреть жилищные условия. В доме двое лежачих инвалидов, я за ними ухаживаю. Сказали, что на мне и так большая нагрузка. Кроме того, посчитали, что у меня недостаточные доходы, — объясняет Юлия (она работает медсестрой в больнице).

Так мальчик попал в детский дом. Сначала в один — там, по словам сестры, были хорошие условия, педагоги по-человечески относились к детям, общались нормально и с воспитанниками, и между собой. «Да, были и драки, и конфликты, но издевательств не было», — говорит сестра Никиты.

А потом мальчика перевели в другой приют, недалеко от Екатеринбурга. Там живут и здоровые дети, и ребята с инвалидностью, часть учатся в коррекционных классах. И вот там, по словам женщины, над ее братом начали издеваться. Мальчику и раньше доставалось из-за внешности: у него инвалидность по зрению, внешне это проявляется в сильном косоглазии.

— Он всегда очень остро реагировал, обижался, срывался на крик. Меня как-то не пустили вместе с ним в детский загородный лагерь как сопровождающую ребенка-инвалида, хотя я специально взяла отпуск. Мы не хотели его пускать одного, но рискнули. В итоге он просто сбежал оттуда из-за насмешек, — вспоминает Юлия.

Поскольку сестра живет в другом городе, то, попав в этот детский дом, мальчик остался один на один со своими мучителями.

— Над ним издевались старшие дети: били, вымогали деньги, — утверждает сестра. — Воспитатели обо всём знали, но не пресекали. Наоборот, можно сказать, поощряли, чтобы младшие боялись старших.

Юлия говорит, что таким образом взрослые поддерживали дисциплину: тех, кто что-то нарушал, не слушался, избивали старшие воспитанники. Эти методы в детском доме, по словам нашей собеседницы, насаждала заведующая Ольга Валентиновна.

— И это привело к тому, что брату оторвали палец! — говорит нам Юлия.

Беда с подростком случилась 15 октября. Его увезли из детдома в больницу с травматической ампутацией части пальца. Мальчик рассказал врачам, что он сделал это сам, якобы случайно прижал дверью.

Подросток рассказал сестре, что его заставили сказать неправду (голос мальчика изменен)

читатель E1.RU

Но Юлия уверяет, что брат признался: его научили, что нужно говорить медикам, — иначе будет хуже, чем было, а еще отправят в психиатрическую больницу.

По словам сестры, Никите специально зажали руку в двери, чтобы поиздеваться. Якобы это происходило на глазах у заведующей. Женщина переслала нам несколько голосовых сообщений от брата. В них ребенок действительно рассказывает, что его заставляли врать, будто он сам случайно прищемил палец.

Люди, знакомые с ситуацией, рассказали нам, что Никита в тот день вышел из детского дома на прогулку. На улице на него набросились старшие воспитанники. Начали закидывать камнями, палками. Потом потащили обратно в группу. В дверях мальчик схватился за косяк, один из парней в этот момент с силой пнул по двери, она захлопнулась. Удар был такой, что подростку оторвало фалангу пальца. Был ли рядом кто-то из сотрудников, непонятно.

Еще Юлия утверждает, что пример насилия подают детям некоторые педагоги.

— Заведующая Ольга Валентиновна сама бьет детей. Воспитанием никто не занимается, проще держать младших в страхе с помощью старших. Дети играют в странные игры, в какой-то «собачий кайф» (душат, доводя до гипоксии, это очень опасная «забава» у подростков. — Прим. ред.). Вместо того чтобы привлечь психолога, объяснить, переключить детей на нормальные детские игры и спорт, их бьют.

Устройте мастер-классы, научите гвозди забивать, цепь на велосипед натянуть, стирать — то, что пригодится ребятам в обычной жизни.

Юлия

Но нет, вместо нормальных праздников как-то устроили «день перевоплощения» — нарядили младших мальчишек в женские платья. Я понимаю, если бы все там были простыми домашними детьми, без умственных нарушений, с обычным чувством юмора, на сцене, в каких-то комичных ролях, пародиях. Но наряжать так ребят с особенностями — это уже не смешно, это издевательство. Дети ничего не понимают, улыбаются, а их сфотографировали и выложили в общий чат детского дома. Над ними просто потешаются. Я считаю, что в этих «забавах» ничего нормального нет, они опасны, — заявляет сестра мальчика.

Не все считают, что игры с переодеваниями — это весело

читатель E1.RU

Юлия также рассказывает, что два года назад один из младших ребят пожаловался на изнасилование.

— Тогда разбирались, возили на экспертизы, но так и спустили на тормозах, ничего не выяснили. Обследование из-за давности [эпизода] ничего не показало, — говорит она.

Юлия обратилась в прокуратуру того города, где находится учреждение.

— Пока тишина. У брата забрали телефон, запретили разговаривать со мной, — говорит сестра. — Что сейчас с ним, я не знаю. Я понимаю, что опекуном стать не могу, потому что работаю, ухаживаю за лежачими — это большая нагрузка. Сейчас я пытаюсь добиться, чтобы Никиту перевели в другой центр, рядом с нашим домом.

«Ругаться бесполезно, я просто уволилась»

Мы также поговорили с бывшими сотрудниками этого учреждения, которые работали там в разное время. Они отмечают, что директор учреждения «адекватная», с ее стороны нет жестокости к детям, но она ничего не решает, а вот заведующую отделением все дети боятся.

Оксана проработала здесь психологом около года. Говорит, что больше не выдержала.

— Воспитатели за плохое поведение запихивают младших детей в группу к старшим, там подростки лет 16. При мне, пока я работала, двоих братьев отправили за какие-то провинности, их там привязывали к кровати. Это распространенная практика, не единичные случаи. Всё это идет от заведующей Ольги Валентиновны. Она поощряет это и сама бьет детей. Всё замалчивается, спускается на тормозах — год назад пострадал один из детдомовских мальчиков, четвероклассник. Он рассказал, что двое одноклассников (домашних) поставили его на колени и [совершили насильственные действия сексуального характера]. Никто не стал обращаться в правоохранительные органы, всё замолчали. Я сама ходила тогда, разговаривала, ругалась с отцом одного из них, тот извинялся.

— Почему вы не обратились в полицию или СК?

— Уверена, что бесполезно. Сделают так, что они правы, а я — нет. Эту систему не сломать, рука руку моет. А сколько там мертвых душ! Персонал, который числится на бумаге, получает зарплату, но на деле их нет в детском доме. Так получилось, что мне попал список сотрудников, их было в два раза больше, чем по факту. Ругаться бесполезно, я просто уволилась. Если сейчас будут проверки, я готова дать показания следователям.

Еще одна бывшая воспитатель, с которой мы связались (она попросила не указывать имени), подтверждает сказанное Оксаной.

— Заведующая при мне в столовой ударила по лицу одного из шестилетних малышей. Дети тогда расшумелись, она подскочила — и со всего размаху по лицу. У него отпечаток остался, я сфотографировала, готова передать в правоохранительные органы. Я разговаривала, что нельзя так обращаться с детьми, она в ответ: только так и надо, они по-другому не понимают. Рукоприкладство там было со стороны заведующей и еще одной воспитательницы. Уволилась, потому что не могу работать и всё это видеть, а связываться боюсь.

Эту запись нам передали бывшие сотрудники (все голоса изменены)

читатель E1.RU

По словам бывшего воспитателя, во главе дедовщины, поощряемой руководством, стоят те, кто уже выпустился из детдома. Один из них — Николай. Он совершеннолетний, но продолжает жить в детском доме, спит на полу.

Один из бывших выпускников вернулся в детский дом, потому что жить ему просто негде. Квартиры сироты обычно получают лишь к 22–23 годам

читатель E1.RU

— Жилья не дали, никуда на работу с общежитием не устроился, все деньги, видимо, просадил и вернулся, — объясняет бывшая сотрудница (по закону выпускнику до 23 лет не могут запретить находиться в бывшем учреждении. — Прим. ред.). — Его даже в группу воспитателем ставили без нужного образования, я возмущалась по этому поводу. Он их воспитывает затрещинами.

Вот расшифровка одной из записей, где дети рассказывают, как с ними обращаются. Разговор записала воспитатель.

— А ты почему разрешаешь, чтобы Настя тебя била?

— Ей [имя педагога] разрешает.

— [Имя педагога] разрешает бить тебя? Ты ведь потом бояться будешь всего, почему ты ничего не говоришь?

 — Я уже боюсь.

— Уже боишься? А почему ты ничего не говоришь никому? Ты не должна бояться. [Имя педагога] тоже может тебя стукнуть?

— Бывает.

— За что? Что ты такого плохого делаешь? Данил, а Лизу за что [имя педагога] стукает?

— За шкаф, что на кровати вещи валяются.

— А Настя стукает за то, что я не прибираю, а я не видела грязь.

— А тебя тоже бьют?

— Да, за то, что бардак. Мы прибираемся, но всё равно бьют.

— А кто-нибудь за вас заступается? Защищает вас?

 — Нет, нас наоборот не защищают, а лупят.

— Всех, что ли?

— Мелких.

Женщина также подтвердила, что покалеченного недавно подростка долгое время травили.

— Бедного парня сделали главной жертвой, его за человека не считали. Он боится слово сказать. Мальчишка, если с ним общаться по-хорошему, совершенно адекватный, а заведующая и старшие его затравили, специально провоцируют на злость. Он срывается, злится, кричит, а они его выставляют неуравновешенным. Конечно, надо его спасать, срочно переводить в другой детдом, — возмущается экс-сотрудница.

Еще один бывший педагог рассказала E1.RU следующее:

— Это настоящая дедовщина. Для меня было дико, что старшие имеют право наказывать — бить младших. Дети подрастают и потом так же себя ведут — это просто замкнутый круг. Воспитатели, которые должны учить хорошему, поощряют это и сами бьют. Дети мне не раз жаловались. Ольга Валентиновна заводит себе в кабинет, бьет наедине. Один мальчик говорил, что она начала его душить, пока тот не стал задыхаться. Еще девочки жаловались. Никакой воспитательной работы с детьми нет, всё пущено на самотек: бьют, и ладно.

Что говорят в детдоме

Мы созвонились со второй стороной конфликтной истории. В детском доме опровергают всё, что сказали наши собеседницы. В учреждении сейчас проводится проверка: и ведомственная, и прокурорская, и со стороны Следственного комитета.

— Ни один из пунктов не подтвержден на данный момент, — комментирует заведующая отделением Ольга Валентиновна. — Все эти обвинения голословны. Гражданке Юлии надо [понимать], что голословное обвинение тоже преследуется законом. Мы знаем эту гражданку. Она приезжает и оскорбляет нас, в частности директора, меня, детей. Да, Никитку она [конечно] любит.

Педагог пояснила, что мальчик действительно получил травму:

— Травму он по неосторожности сам себе нанес. Ребенок — инвалид по психическому заболеванию. Сам по себе мальчик хороший, но, бывает, совершает необдуманные поступки. Так, чтобы ему кто-то [нанес увечье], — это вообще исключается. Буллинга в нашем учреждении нет, как со стороны сотрудников, так и со стороны детей по отношению друг к другу. Конечно, бывают детские стычки во время игры, это возможно, но — сегодня поругались, завтра помирились. Того, о чём вы сказали (рукоприкладство со стороны педагогов, травля. — Прим. ред.), точно нет, это я ответственно заявляю. И ни одними надзорными и правоохранительными органами это не замечено. Психологи из сторонних организаций также проводили с детьми тестирование межличностных отношений — у нас нет ни буллинга, ни травли.

Также редакция E1.RU направила запрос в Министерство социальной политики Свердловской области с просьбой прокомментировать первые результаты проверки.

Кроме того, мы обратились к уполномоченному по правам ребенка Свердловской области Татьяне Титовой c просьбой взять ситуацию на контроль. В первую очередь — помочь перевести пострадавшего ребенка в другое детское учреждение, поближе к родственникам.

Всю информацию о ситуации в детском доме и записи редакция готова передать правоохранительным органам.

Е1.RU рассказывал про другой шокирующий случай в спецшколе: старшие ученики там насиловали младших по «зоновским понятиям». Директор учреждения скрывала это от правоохранительных органов. В итоге ее уволили и судили за халатность, а насильников приговорили к различным срокам.

Также Е1.RU писал о буднях в другом детском доме в Свердловской области: воспитанников били, пропадала спонсорская помощь. После того как в учреждение приехали следователи, вскрылись и другие, более страшные преступления над детьми.