Крошка‑хозяин

— Сынок, мне сейчас нужно уехать в командировку на шесть месяцев, так будет лучше, и я заработаю денег, а ты слушайся бабушку Веру, — говорит мать Тимофею.

— Мам, а ты далеко уедешь? — чуть испуганно спрашивает он, ведь никогда еще без мамы не был, хотя через полгода ему исполнится одиннадцать.

— Я заработаю, и мы с тобой купим квартиру в Москве, — успокаивает его Марина. — Далеко, но время пройдёт быстро, а пока ты будешь жить с бабушкой, я буду на связи.

Мама уезжает, и Тимофей остаётся с бабушкой Верой. Они живут в доме уже три года, с тех пор как умер отец, и сердце у мальчика как будто застыло. Раньше они жили у бабушки Маши, маминой мамы, но после похорон она выгнала их из своей квартиры.

— Уходите, — отреклась бабушка Маша, когда слышал разговор Тимофея. — Хочу жить одна, устала я от вас, тем более сына уже нет.

— Куда нам идти? — со слезами спросила мама. — Ты же знаешь, что моя мать давно умерла.

— Это ваши проблемы, вы мне больше не нужны, — резко ответила Маша.

Тимофей помнит, как они собирали вещи, потом приехала «Газель», погрузили скудный багаж и отправились к бабушке Вере в поселок недалеко от Москвы.

Вера — сестра Марине по крови, живёт одна в своём доме. Тимофей её не знал, ведь она умерла ещё до его рождения, а теперь стала его двоюродной бабушкой.

Три года они живут с бабушкой Верой. Жизнь, по её словам, «врагу не пожелаешь». У мамы небольшая зарплата, хватает на еду, а на одежду приходится экономить, но они живут скромно.

— Тётя Вера, мне нужно уехать в командировку полгода, обещают хорошие деньги, может, даже куплю небольшую квартиру в Москве, — просит Марина.

— Ладно, присмотрю, куда меня денут. Ты уже большой, десять лет, — соглашается бабушка. — Тимофей у нас послушный, поедешь, Бог даст, всё получится.

Бабушка берёт на себя заботу о мальчике: кормит, отводит в школу, встречает после уроков. Он учится в четвёртом классе, успевает, проблем не создаёт.

У Веры есть сын Андрей, сорок три года, живёт один в однокомнатной квартире в Москве, развёлся с женой, виноват сам, часто пьёт, здоровье плохое: желтоватое лицо, мешки под глазами, полнота, тяжёлое передвижение. Тимофей жалует его, ведь дядя Андрей добрый и спокойный, но бабушка всё ругает за выпивку. Последние полгода Андрей без работы, уволили за прогулы, бродит без дела, но каждую субботу приезжает к бабушке в поселок, помогает по хозяйству, колет дрова, мелко ремонтирует калитку, забор.

— Хватит бродить, — упрекает Вера, — тебе уже пятьдесят, а ты всё ещё без дела. Найди нормальную женщину, живи спокойно.

Андрей молчит, иногда ухмыляется, а потом отвечает:

— Где найти такую, чтобы на меня посмотрела…

— Вот именно, — говорит бабушка, — брось пить, тогда и женщина появится.

Сегодня суббота, бабушка жарит блины. Тимофей знает, что дядя Андрей обожает блины, как и он сам. Каждую субботу бабушка угощает их обоих, и Андрей обязательно приезжает из города.

Тимофей сидит на низком стульчике у плиты, наблюдая, как Вера переворачивает блины, складывает их в высокую стопку, щедро смазывает сливочным маслом. Он уже намял один блин, а когда бабушка испекла последний, намазала его маслом и сказала:

— Это твой, — и Тимофей знает, что последний блин всегда самый вкусный. Они вместе едят блины, пьют чай, ждут Андрея.

Только налила бабушка чай, как во дворе завыл Шарик, а в калитку кто‑то громко постучал.

— Иду‑иду, — пробормотала бабушка, одевалась, ведь на улице холодно.

Пока она вышла, Тимофей отрывал маленькие кусочки блина, жуя их с горячим чаем. Он наслаждался, пока бабушка Вера не вошла в дом, заплаканная.

— Бабушка, что случилось?

— Тимоша, дядя Андрей умер… — прошептала она, не сняв верхнюю одежду, и прошлась в комнату.

— Как умер? А что теперь с блинами? Их столько, — спросил ошарашенный Тимофей, глядя на большую стопку.

Он ещё не успел осознать трагедию, как услышал громкий плач из комнаты, и сам заплакал. Подошёл к дивану, где сидела бабушка, присел рядом, положил руку ей на спину и заплакал сильнее.

Они плакали вместе, пока бабушка не успокоилась, встала, а Тимофей принес ей чашку воды. Она выпила, обняла мальчика, прижала к себе и молча гладила его голову.

— Ладно, одевайся, поедем в город за квартирой. Я схожу к бабушкам Ане и Кате, возьму у них денег, моих не хватит на похороны, а ты пока одевайся…

Когда Вера вернулась, Тимофей всё ещё сидел на диване.

— Почему ты сидишь без одежды?

— Я боюсь призраков, — тихо ответил он.

— Это же твой дядя.

— Ну и что, всё равно боюсь…

Бабушка сначала пошла на кухню, потом вернулась в комнату и сказала:

— Ладно, без тебя никому будет смотреть за домом. Оставайся дома, Шарика отпусти на ночь, коров накорми, сколько ещё каникул?

— Пять дней.

— Я приду через два дня. Не забудешь ли ты о еде? В холодильнике борщ, блинов столько… — обняла её.

— Не забуду, — по‑взрослому ответил Тимофей, уткнувшись в её грудь. — Не переживай, поезжай спокойно.

— Ох, мой хороший, ты уже большой, оставайся с Богом, будь хозяином дома, а я уезжаю.

Бабушка ушла. Тимофей наелся, вышел во двор, где было морозно, зима. Он посадил Шарика в санки, и тот стал тянуть их по снегу, мальчик смеётся. Они кувыркаются в снегу, потом привязывают Шарика и идут домой.

Съел ещё блинов, включил телевизор, переключил на мультики и, не заметив, задремал на диване. Телефон зазвонил — бабушка забыла его дома. Тимофей поднялся и ответил; звонила мама.

— Привет, сынок, где бабушка?

— Привет, мам, — заплакал он, не удержав слёз.

— Что случилось с бабушкой?

— С ней всё в порядке, она уехала в город… Там дядя Андрей умер… — тихо сказал он.

— Как умер? — Марина немного помолчала. — Ты один?

— Да, мам. Я не хочу ехать в город