в недоумении спросила Анна, когда Игорь неожиданно подтвердил свои намерения.

Квартира перешла мне по наследству от бабушки согласно завещанию.

Двухкомнатная, расположенная на четвёртом этаже панельного дома в тихом спальном районе.

Не роскошная, но собственная.

Я оформила документы за год до того, как познакомилась с Игорём, поэтому она была исключительно моей собственностью, а не совместно нажитым имуществом.

После нашего брака Игорь переехал ко мне.

Его холостяцкая комната в общежитии не сравнить с отдельной квартирой.

Я обрадовалась, что мы будем жить в моём жилье и вместе его обустраивать.

Первый год супружеской жизни прошёл мирно, мы привыкали друг к другу, учились сосуществовать.

Проблемы начались со свекровью.

Тамара Петровна постепенно вошла в нашу жизнь: сначала часто звонила, затем стала навещать нас.

Сперва раз в неделю, потом – два раза, вскоре – почти каждый день.

Каждый её визит затягивался на несколько часов.

Она устраивалась на моём диване, пила мой чай, давала советы по хозяйству: «Анна, ты неправильно варишь суп. Сначала нужно отдельно сварить мясо, слить бульон, а потом готовить на втором бульоне».

Я готовила так, как научила бабушка.

Мне это нравилось.

Однако свекровь постоянно находила, что упрекнуть.

Игорь молчал, когда мать делала мне замечания.

Он не вставал на мою сторону и не защищал меня.

Просто молчал или уходил в другую комнату.

Однажды, придя домой после работы, я обнаружила, что мебель в квартире переставлена.

Диван стоял у другой стены, кресло сдвинуто, шкаф повернут.

Тамара Петровна сидела за столом, пила чай. – «Вы что, мебель переставили?» – спросила я, стараясь не показывать раздражения. – «Да, Аннушка. Я взяла ключи у Игорька и зашла, пока вас не было. Посмотрела и решила, что так будет удобнее. По фэншую правильно: диван не должен стоять спиной к двери, это плохая энергетика».

Я без слов переоделась и ушла в спальню.

Дождалась Игоря с работы. – «Твоя мать переставила мебель в моей квартире без моего разрешения». – «И что?» – пожал он плечами. – «Она хотела помочь. Да и правда удобнее стало». – «Игорь, это моя квартира. Я решаю, как расставлять мебель». – «Это наша квартира», – поправил он. – «Мы семья».

По документам жильё было на моё имя.

Но спорить я не стала.

Через месяц свекровь стала оставаться у нас ночевать.

Сначала раз в неделю, объясняя усталостью и поздним временем.

Позже – всё чаще.

Она спала на раскладном диване в зале, пользовалась моей ванной, халатом и полотенцами.

Я попросила Игоря поговорить с матерью и объяснить необходимость личного пространства. – «Мам, может, предупреждай, когда собираешься остаться ночевать?» – предложил он.

Тамара Петровна обиделась. – «Я что, уже чужая? Не могу к сыну в гости приехать? Анна меня выгоняет?» – «Никто не выгоняет», – поспешил успокоить её Игорь. – «Приезжай, когда хочешь».

Я поняла, что рассчитывать на мужа нет смысла.

Он не готов вступать в конфронтацию с матерью.

Позже заметила, что в шкафу появились вещи свекрови.

Халаты, домашние тапочки, косметика в ванной.

Словно она не гостья, а живёт здесь постоянно. – «Тамара Петровна, зачем вы оставляете свои вещи?» – спросила прямо. – «Так удобнее, Аннушка. Чтобы не таскать их каждый раз с собой. Я же часто к вам езжу».

Часто – это слишком мягко сказано.

Она появлялась у нас практически ежедневно.

И я всё меньше ощущала себя хозяйкой в собственной квартире.

Кульминацией стал случай, когда я вернулась домой раньше обычного и застала свекровь, разговаривающую по телефону с подругой. – «Да, Валь, я тут потихоньку обживаюсь. Квартирка неплохая. Игорёк с Анной ничего, молодые, привыкнут. Скоро вообще пропишусь сюда, тогда это будет и мой дом тоже. Пропишусь».