Шкатулка рецептов
Двoe любящиx людeй paccтaлиcь, блaгoдapя этoму пoявилиcь щeмящиe cтиxи: "Зaцeлoвaнa, oкoлдoвaнa..."Любопытна история создания стихотворения "Зацелована, околдована, с ветром в поле когда-то обвенчана…", ставшего популярным романсом. Кажется, что строки написаны пылким юношей "со взором горящим".На самом деле написал их серьезный и уже немолодой мужчина со скромной внешностью бухгалтера или кабинетного ученого. К тому же до 1957 года, а именно в тот год 54-летний Николай Заболоцкий создал свой цикл "Последняя любовь", любовная лирика ему была чужда вовсе. И вдруг на излете жизни возникает дивный лирический цикл. Что произошло с участниками этой любовной драмы?Исходные данные: в Москве, на Хорошевском шоссе, живет семья. Середина 50-х годов. В построенные пленными немцами аккуратные домики заселили поэтов и писателей.После долгих мытарств жизнь постепенно налаживалась. Николай Алексеевич Заболоцкий после лагеря и ссылки в 1946 году получил прописку в Москве. Его восстановили в Союзе писателей и предоставили квартиру. Недавно вышел долгожданный стихотворный перевод "Слова о полку Игореве" и множество заказанных ему переводов.Его жена Катя не верила до последней минуты, что теперь у них с Николаем есть собственная квартира. Она ходила по двум комнатам, трогала руками стены, занавески, мебель, недавно купленную посуду и повторяла про себя восторженно и недоверчиво: "Неужели это все мое? Наше…"Николай ЗаболоцкийКатя и Николай познакомились еще в студенческие годы. Они учились в педагогическом институте имени Герцена в Петрограде (Ленинграде) и были однокурсниками. Темноглазая, стройная, немногословная девушка привлекла внимание будущего поэта.Скромница Катя Клыкова жила в семье дяди. У Николая Заболоцкого была репутация человека, который ненавидит женщин. Он всегда говорил, что никогда не женится, что "все бабы одинаковы", а семья - это обуза.С Катей Николай встречался долго, почти четыре года: присматривался к ней, испытывал, расставался, даже провоцировал, пока не убедился, что она и есть та единственная, с которой он захочет связать свою судьбу. Девушку поразило письмо Заболоцкого, написанное в ноябре 1928 года: "Друг мой милый, родная моя девочка! Если Вы когда-нибудь полюбите меня, я сделаю все, чтобы Вы были счастливы. (…) Сегодня я окончательно понял, что за эти годы, если я кого и могу полюбить, то только Вас. Любовь моя безысходная, все теперь понял, без Вас - не жизнь. Прошу Вашей руки. Решайте. Когда хотите и как хотите".Катя и не ожидала, что в душе Николая могут быть такие сильные чувства к ней, она-то давно для себя поняла, что любит его. И Катя ответила: "Да!"Екатерина Заболоцкая с детьмиОни поженились в 1930 году. Родились сын Никита, затем дочь Наташа. Женщину вполне устраивал домостроевский уклад в их семье: муж запретил ей работать и ее профессией стало просто быть женой и матерью. Других ролей в этой жизни у нее не было.В 1938 году случилось страшное: Николая арестовали по ложному доносу, обвинили в антисоветской пропаганде.Лагерь, ссылка Николая. Ожидание, письма. Война, блокада Ленинграда, в котором находилась Катя с детьми. Бомбежки, холод, голод, болезни детей. Как она все это выдержала, сохранила жизнь двум детям?Николай и Екатерина с дочерью НаташейВ 1944 году Заболоцкого освободили, и Катя, не раздумывая, вместе с маленькими детьми двинулась в долгое странствие - к вольнонаемному мужу на перекладных на поселение в Караганду.На жизнь надо было зарабатывать. И Катя научилась шить и вязать и с тех пор обшивала всю семью, соседей, знакомых. И вот они в Москве, в новой квартире, в "литераторских" домах. Их соседи - Вениамин Каверин, Ираклий Андроников, Эммануил Казакевич. Ближайшими соседями по дому Заболоцких стала семья писателя-прозаика Василия Гроссмана.В 1955 году у Заболоцкого случился первый инфаркт. Екатерина Васильевна преданно ухаживала за ним. Евгений Шварц был у них в гостях и поразился:"Николай Александрович еще полеживал, но решил встать к обеду. Екатерина Васильевна вдруг опустилась на колени и обула его. И с какой легкостью, с какой готовностью помочь ему. Я был поражен красотой, мягкостью и женственностью движения..."Николай ЗаболоцкийИ вдруг в 1956 году случилось то, чего Заболоцкий никак не ожидал: от него ушла жена. Екатерина Васильевна, жившая многие годы ради мужа, но не видевшая от него ни заботы, ни ласки, ушла к писателю и известному сердцееду, их соседу Василию Гроссману."Если бы она проглотила автобус, - написал тогда сын Корнея Чуковского Николай, - Заболоцкий удивился бы меньше!"Как начался роман Кати и Василия Гроссмана? Все началось с соседского общения. Дом Заболоцких был открыт для друзей. Но Катя заметила, что больше всего она радуется приходу Василия Семеновича Гроссмана.Застенчивая, домашняя Катя держалась рядом с мужей тенью, молчала с гостями и даже не пыталась принимать решений. Готовила, накрывала на стол, была неизменно мила, слушалась мужа...Кадр фильма "Жизнь и судьба" по книге Гроссмана. Анна Михалкова и Сергей МаковецкийСосед Василий Семенович Гроссман, увидев Катю задавал вопросы: "Как здоровье, дети, погода, Николай Алексеевич?". А в последнее время к этому прибавился вопрос: "А вы сами-то как, Екатерина Васильевна?" Екатерина не знала, что отвечать, она неловко пожимала плечами и краснела, как девчонка. Иногда он так долго смотрел ей в глаза, что она пугалась. В его крупной представительной фигуре, в больших руках чудились надежность, основательность.Так начался самый странный, наверное, на свете роман между двумя людьми, которым было под пятьдесят, но которые вели себя словно дети. Однажды весной они случайно встретились в ближайшем магазине и Гроссман предложил прогуляться...Василий Гроссман (второй слева) в 1943 с фронтовыми товарищамиДомой Кате идти не хотелось. Взрослые дети разъехались, а у Николая был творческий кризис. Если Заболоцкий начинал пить, то становилось и совсем невыносимо.Он пил один - не терпел компании и собутыльников, глаза его становились злыми, он придирался к жене и даже издевался над ней, гоняя то за пивом, то за закуской, или просто требовал, чтобы она погуляла где-нибудь: он хочет побыть один. Вот она и решилась прогуляться с Гроссманом.Василий ГроссманВасилий Семенович сказал, что его жена Ольга Михайловна не любительница прогулок, а он сам почему-то все утро думал о Екатерине Васильевне и вот встретил ее в магазине...Весна, погода чудная, пение птиц... Но чувствовала себя Катя чуть ли не преступницей, но почему-то от этого была счастлива. Хотя между ними не было никаких признаний, оба знали, что это чувство взаимно. Прощаясь, он галантно поцеловал чуть замерзшую руку Кати.Прогулки с Гроссманом продолжались. Василий Семенович напишет о своих чувствах на страницах романа "Жизнь и судьба", в этой части полностью автобиографичных: "Ему казалось, что эта женщина, чьи пальцы он только что целовал, могла бы заменить ему все, чего он хотел в жизни, о чем мечтал, - и славу, и радость всенародного признания!"Ольга Михайловна ГроссманКатя мучилась, чувствовала себя "изменщицей", и однажды решительно сказала мужу: "Я встречаюсь с Гроссманом!"Николай Алексеевич удивленно захлопал глазами под круглыми стеклами очков и даже не понял о чем толкует тихая Катя. Заболоцкий тихо сказал: "И что с того?" - "Как что с того? Мы... Я хотела, чтобы ты знал. Мы с ним… встречались..." Муж, до которого наконец дошло, закричал: "Обещай, что это не повторится больше!" Катя, конечно, пообещала, но держалась ровно неделю. За эту неделю Николай стал еще более придирчив и груб с ней, обращался с ней хуже, чем с нерадивой прислугой, словно мстил за все сказанное и произошедшее.Врачи запретили Заболоцкому пить из-за проблем с сердцем, но он ушел в запой, заперся у себя в комнате. Катя сходила с ума. Взяв небольшой чемоданчик, она стала собирать свои нехитрые пожитки под крики : "Убирайся! Чтоб ноги твоей здесь не было!"Крикнув ей обидные и злые слова он до последней минуты не верил, что она уйдет и закроет дверь, перечеркнув все. Так мог сделать кто угодно, но не Катя. А она ушла.Уходила Екатерина Васильевна в никуда. Сыну Никите дали комнатку от Тимирязевской академии, которая сейчас пустовала. Вот туда она и поехала. Одна. На душе было беспросветно, тяжело и муторно. Узнав, что Катя ушла от мужа из-за него, Гроссман поспешил объясниться с женой Ольгой.Для Ольги, с которой они столько всего пережили, откровения мужа были шокирующими. Утром Василий Семенович ушел из дома с одним потертым чемоданчиком. Позже они с Катей сняли маленькую комнатку в коммуналке и началась их новая жизнь.Николай Заболоцкий беспомощно пытался научиться жить без Кати. В один из таких беспросветных дней, взяв записную книжку, он позвонил молодой женщине-редактору из "Литературного наследства" и пригласил ее в ресторан.Наталья Роскина и Николай Заболоцкий28-летняя Наташа Роскина была разведена и одна воспитывала дочь Ирину, которой читала на ночь стихи Заболоцкого: "Меркнут знаки Зодиака над просторами полей… Спит животное Собака, дремлет птица Воробей..."Заболоцкого она считала легендарной фигурой, подобной Александру Введенскому и Даниилу Хармсу. Каково же было ее удивление, что он, вот ни с того ни с сего приглашает ее в ресторан. Заболоцкий заехал за Натальей на такси и они отправились ужинать.Во время ужина Николай Алексеевич закрыл лицо руками и сказал: "Боже, как я несчастлив!" Разговор не клеился. Перебравший со спиртным писатель был не в форме. Наталье все это наскучило и она поспешила домой.Через несколько дней Заболоцкий решил реабилитироваться. И опять - ресторан. На этот раз он был более весел, остроумен и любезен. В конце вечера он взял со стола салфетку и написал: "Я п. В. б. м. ж."(Я прошу Вас быть моей женой) и протянул Наталье. Как ни странно, она поняла аббревиатуру и удивленно посмотрела на Заболоцкого. Вот как об этом вспоминает Наталья Роскина: "Это - серьезно". - "Простите, - сказала я, - насколько я знаю, у вас есть жена". - "Она уходит от меня, - ответил он, и на его глазах показались слезы. - Она полюбила другого". - "А кто он?" - "Он тоже писатель". - "Хороший?" - глупо спросила я. - "Хороший. Ну, не очень хороший, но все-таки хороший. Если бы вы знали, как я одинок!" Я молчала. "Подумайте. Прошу вас, подумайте".Времени "думать" у меня оказалось мало. Каждый день он приезжал за мной, ему уже казалось, что он влюблен безумно..."Вскоре Заболоцкий переехал в коммуналку Натальи Роскиной на Первую Мещанскую. Ссориться они начали сразу, и их споры не прекращались ни на минуту. Но Наталья добилась того, что пить он все-таки перестал.Николай ЗаболоцкийОформляя через Литфонд путевку в Дом творчества "Малеевка", Заболоцкий с гордостью сообщил, что у него теперь молодая жена, и тут же забыл ее фамилию. Потом, пристыженный, написал ее с ошибкой - не Роскина, а Соркина.В Доме творчества тогда оказалось множество знакомых писателей, а Заболоцкому не терпелось продемонстрировать свою новую жену в новом аметистовом колье, подаренном им, решительно всем. По возвращении из санатория Заболоцкий уехал от Натальи к себе. Едва ли Заболоцкий был счастлив с Роскиной.Никто, кроме Екатерины Васильевны, Заболоцкому был не нужен. В эти дни он пересмотрел всю свою жизнь и пожалел о каждом своем неосторожном слове, каждом пренебрежительном жесте.А тем временем, Гроссман пристыженно сказал Кате, что ему необходимо навестить Ольгу: он страшно волнуется за брошенную жену. Постепенно его визиты к Ольге Михайловне сделались регулярными.Василий Гроссман с женой Ольгой Тогда и Катя решила навестить Николая Алексеевича. Арсений Тарковский утверждал, что когда Заболоцкие увидели друг друга и оба с плачем кинулись друг другу в объятия. Придя к Николаю, Катя надевала фартук, скребла, мыла, стирала, готовила, заставляла его пить лекарства.Окончательно вернулась Катя к Заболоцкому в 1958 году. Через пару недель после ее возвращения у Заболоцкого случился второй инфаркт. 55-летнего Николая Алексеевича не стало 14 октября 1958 года. Ровно через 5 лет и 11 месяцев умрет Василий 58-летний Гроссман от рака почки.Екатерина Васильевна Заболоцкая дожила до 91 года и скончалась в 1997 году. Она никогда не думала, что о ней, тихой, домашней женщине, два талантливых писателя напишут почти одновременно. Муж, Николай Заболоцкий, в своем знаменитом "Признании":Зацелована, околдована,С ветром в поле когда-то обвенчана,Вся ты словно в оковы закована,Драгоценная моя женщина!Не веселая, не печальная,Словно с темного неба сошедшая,Ты и песнь моя обручальная,И звезда моя сумасшедшая.Я склонюсь над твоими коленями,Обниму их с неистовой силою,И слезами и стихотвореньямиОбожгу тебя, горькую, милую......и Василий Гроссман, в своем романе "Жизнь и судьба":"... Конечно, он не имел права думать о жене своего друга так, как думал о ней. Он не имел права тосковать по ней. Он не имел права тайно встречаться с ней... Обманывать жену! Обманывать друга! Но он тосковал по ней, мечтал о встречах с ней".Хотя утверждают, что "Признание" посвящено Наталье Роскиной, в стихах скорее, собирательный образ двух женщин.