Шкатулка рецептов

«Coлoмeннaя вдoвa»«Пошли, барынька, не упрямься, — бормотал пьяный матрос, подтягивая ее к подворотне. — Там и соломки чутка постелено!». Ошеломленная Ольга, сжимая в руках коробочки с папиросами, послушно, шажок за шажком, приближалась к темноте…Оленька (так называли девочку в семье) родилась в 1884 году в семье генерала Льва Степановича Барановского. Маменькой ее была Мария Васильевна, дочь выдающегося русского ученого-востоковеда академика Василия Павловича Васильева. Семья Барановских на была благополучной. Лев Степанович был человеком очень влюбчивым и, познакомившись однажды с молоденькой барышней, решил развестись с женой, матерью его троих детей — дочерей Ольги и Елены, сына Володи.Мария Васильевна, узнав об измене мужа, чинить препятствий не стала, благодаря чему развода удалось довольно быстро добиться. Дочери Ольга и Елена стали жить с матерью, сын Володя, которому предстояло обучаться военному делу, остался с отцом.В 1901 году Ольге Барановской исполнилось семнадцать лет. Это была весьма симпатичная барышня с вьющимися волосами, с крупными темными глазами и чувственными губами. Кроме того, Оля была недурно образована: училась дома, затем — в гимназии.Кавалеров у Ольги было хоть отбавляй, однако самым преданным являлся 21-летний студент юридического факультета Петербургского университета Александр Керенский.Александр прибыл в столицу недавно — он родился в Симбирске в семье директора Симбирской мужской гимназии Федора Михайловича Керенского. Самым известным учеником Федора Михайловича был тогда еще никому неизвестный Владимир Ульянов.Керенские и Ульяновы дружили семьями, но Александр и Владимир практически не общались: Ленин был на одиннадцать лет старше Керенского.После назначения Федора Михайловича Керенского главным инспектором училищ Туркестанского края, семья переехала в Ташкент, где Александр поступил в гимназию.В старших классах Александр считался воспитанным юношей, прекрасным актером и умелым танцором. Ташкентскую гимназию Керенский окончил в 1899 году с золотой медалью, и вскоре поступил на историко-филологический факультет Петербургского университета, с которого перевелся на юридический.В Петербурге Керенский «заболел» революцией, и на этой почве и познакомился с Ольгой Барановской, которая также горячо поддерживала народовольческие идеи.Александр стал вхож в семью Барановских, и вскоре понял, что он любит Ольгу. Барышня ответила ему взаимностью.Однако обвенчаться сразу влюбленные не смогли — отец Керенского не разрешил сыну жениться, пока тот не закончит учебу в университете.Бракосочетание состоялось летом 1904 года в селе Каинки — имении отца Ольги, академика Василия Павловича Васильева.3 апреля 1905 года Ольга родила сына Олега, а еще через два года семья пополнилась еще одним мальчиком — Глебом.Между тем, в неспокойные революционные годы карьера Александра Керенского развивалась стремительно. Молодой адвокат брался за самые сложные и скандальные дела, защищал революционеров во время крупных политических процессов, принимал участие в расследовании расстрела рабочих на Ленских приисках.Такая деятельность сделала Керенского невероятно популярным среди простых людей. Когда состоялись выборы в первую Государственную Думу, Александр Федорович с большим отрывом победил ближайшего конкурента и стал депутатом.Во время предвыборной кампании Ольга была помощницей мужа: именно она придумала Александру знаменитую прическу «бобрик».Однако истинный взлет Керенского к власти начался в дни февральского переворота. Александр Федорович стал одним из главных творцов революции. Так, 14 февраля 1917 года с трибуны Государственной Думы Керенский заявил:«Исторической задачей русского народа в настоящий момент является задача уничтожения средневекового режима немедленно, во что бы то ни стало… Как можно законными средствами бороться с теми, кто сам закон превратил в оружие издевательства над народом? С нарушителями закона есть только один путь борьбы — физического их устранения».Эти слова вызвали шок у председателя Думы Родзянко. Михаил Владимирович потребовал от выступавшего немедленно пояснить свои слова. Керенский ответил:«Я имею в виду то, что совершил Брут во времена Древнего Рима».26 февраля 1917 года Николай II издал указ о роспуске Думы, но Керенский призвал не подчиняться царю.При активном участии Александра Федоровича был создан Временный комитет Государственной думы, а также Военная комиссия, ставшая центром сопротивления революционеров полицейским силам.Керенский постоянно выступал перед солдатами, агитировал их, занимался допросами арестованных министров царского правительства, получал конфискованные деньги и документы.Чем известнее и популярнее становился Керенский, тем меньше ему нравилась законная жена.О многочисленных романах Александра Федоровича не говорил только ленивый: здесь были и актрисы, и балерины, и даже Елена Барановская, двоюродная сестра Ольги Львовны. Ходили слухи, что свою дочь Елена родила от Керенского.В 1917 году находившийся в зените славы Керенский окончательно съехал от жены. Ольга Львовна, безмерно любившая мужа, ужасно страдала. В возрасте 33 лет она стала «соломенной вдовой» — так называли женщину, по каким-то причинам не живущую с мужем продолжительное время.Смыслом жизни Ольги Львовны стали дети.Между тем, ее муж, окруженный красавицами-актрисами, продолжал восхождение по карьерной лестнице. После отречения Николая II Керенский способствовал и отказу от власти 3 марта великого князя Михаила Александровича. Трехсотлетняя власть дома Романовых пала, и Керенский стал именно тем, кто эту власть подобрал.Сначала Александр Федорович стал заместителем председателя исполкома первого состава Петросовета во Временном правительстве, сформированном на основе Временного комитета.7 июля 1917 года Керенский сменил князя Георгия Львова на посту министра-председателя, с сохранением постов военного и морского министра.В сентябре 1917 года, сразу после подавления Корниловского мятежа, Александр Федорович изменил структуру временного правительства, создав так называемую Директорию. Полномочия главы (министра-председателя) правительства и Верховного главнокомандующего были объединены — фактически, Керенский получил диктаторские полномочия.Казалось, простой адвокат добился невозможного — он занял место царя. Сергей Есенин писал в поэме «Анна Снегина»:Свобода взметнулась неистово.И в розово-смрадном огне Тогда над страною калифствовалКеренский на белом коне.Но не только поэты писали про Керенского! Не проходило дня, чтобы в большевистской прессе не появлялись фельетоны или карикатуры на министра-председателя.Писали, что Керенский ведет роскошную жизнь, спит в царской постели. Доля правды в этом была: Александр Федорович, и правда, жил на широкую ногу.Керенский полагал, что его власть крепкая и надежная, но это была иллюзия.Многие министры и даже представители иностранных посольств призывали Александра Федоровича организовать защиту Временного правительства от готовящегося восстания большевиков. Однако Керенский утверждал, что он держит все под контролем, а в Петрограде более чем достаточно войск не только для подавления мятежа большевиков, но и для того, «чтобы окончательно с ними покончить».Таким образом, восстание стало для Керенского полной неожиданностью. Лишь в 2 часа 20 минут ночи 7 ноября 1917 года, когда Петроград наполнился революционными матросами и солдатами, Александр Федорович экстренно отправил в Ставку телеграмму генералу Духонину с требованием немедленно направить в столицу казачьи части.Духонин лишь развел руками — перебросить казаков так быстро никакой возможности не было. Переговоры между министром-председателем и генералом по прямому проводу ни к чему не привели.Воевать за Керенского в республике было практически некому, а сам он не смог создать до начала восстания военную силу, на которую мог бы опереться.В 21 час 40 минут 7 ноября 1917 года комендор Евдоким Огнев произвел холостой выстрел из бакового шестидюймового орудия крейсера «Аврора». Был дан сигнал к штурму Зимнего.Керенский принял решение бежать. Как вспоминал охранявший Зимний юнкер, министр-председатель бежал, переодевшись в платье горничной (другой вариант — сестры милосердия).Керенский впоследствии опровергал версию о побеге в платье: он утверждал, что уехал в своем обычном френче в автомобиле американского посла и с американским флагом. «Наверное, секунду спустя моего проезда ни один из них не мог себе объяснить, как это случилось, что он не только пропустил этого «контрреволюционера», «врага народа», но и отдал ему честь».Керенский добрался до Гатчины, где пытался вернуть власть, организовав поход 3-его конного корпуса генерала Краснова на Петроград.Однако Краснов не горел желанием защищать «министра-председателя». Керенский отправился в Новочеркасск, где пытался встретиться с генералом А.М. Калединым. Генерал беседовать с Керенским отказался.До конца 1917 года Керенский скитался в отдаленной провинции между Петроградом и Новгородом, в деревенской и дачной местности.После разгона большевиками Учредительного Собрания Керенский отправился в Финляндию.В июне 1918 года Александр Федорович добрался до Мурманска, откуда эмигрировал из страны. Бывший адвокат и глава правительства отправился в Лондон.Его семья осталась в Советской России.О бегстве мужа — сначала из Зимнего дворца, а затем — и из страны, — Ольга Львовна узнала в «общем порядке», из газет. Это стало для женщины главным кошмаром в жизни. Она вспоминала:«Предчувствие не обмануло. Однажды ночью пришли с обыском.«При малейшем сопротивлении я буду стрелять», — заявил человек в офицерской форме. «Стреляйте, я не боюсь»».К счастью, обошлось. Обыск произошел весной 1918 года. Супруг Ольги Львовны к тому времени уже был в безопасности, за границей. Керенская-Барановская с малолетними детьми и больной матерью остались в Петрограде без средств к существованию. Чтобы как-то прокормиться, Ольга Львовна стала набивать табаком папиросные гильзы и продавать их революционным матросам. Другого способа выжить не было.Как вспоминал сын Ольги Львовны, однажды выход матери из дома едва не закончился бедой. Пьяный матрос обратил внимание на симпатичную «барыньку» и пытался затащить ее в подворотню. Лишь громкий крик Ольги Львовны спас ее от ужасного.Вскоре жить в Петрограде стало невозможно. Керенская вспоминала:«В городе начались ограбления квартир и убийства. Прислуги почти никто уже, кроме коммунистов, не держал, дворники были упразднены, охранять дома и квартиры было некому… Мы уже понимали тогда, что надо только стараться сохранить жизнь, не быть убитыми грабителями, не умереть с голоду, не замерзнуть.»Из Петрограда Ольга Львовна с детьми отправилась в Коми, город Усть-Сысольск. Здесь жизнь была тяжелой, голодной, но все же не настолько ужасной, как в городе на Неве.«Соломенная вдова» Керенского со дня на день ожидала ареста. К счастью, ей помог бывший эсер доктор Борис Соколов, когда-то делавший Александру Федоровичу операцию.Соколов по поддельным документам повез Ольгу Львовну и ее детей в Эстонию. Чтобы быть похожей на эстонку, Керенская надела светлый парик. Пограничный контроль удалось пройти чудом: солдат узнал «соломенную вдову» бывшего главы государства, но не стал поднимать шум.Из Эстонии семья отправилась в Швецию, затем — в Лондон. Ольга Львовна вспоминала:«Нелегко мне было решиться на этот отъезд. В России я оставляла все, что мне было дорого в прошлом, кроме детей. Я ехала за границу без денег, одна с детьми, не зная даже, в какую именно страну мы едем, не имея за границей ни родных, ни друзей. Мы предполагали, что Александр Федорович живет в Англии, но того, что мы едем к нему, у меня не было и в мыслях.Наша семейная жизнь была кончена, окончательно разрушена. И я имела все основания предполагать, что А. Ф. живет за границей со своей новой семьей.Рядом с грандиозным водоворотом событий, вертевшим, коверкавшим и ломавшим Россию, рушилась, ломалась и окончательно сломалась и моя семейная жизнь. И из-под всех развалин прошлого, и личных, и общероссийских, я должна была выкарабкиваться сама, как умела, таща за собой и моих детей, иногда только хватаясь за протянутые из жалости чужие руки».В Англии произошла долгожданная встреча — во время оформления развода Ольга Львовна впервые за много лет увидела своего мужа. Согласно воспоминаниям, Керенская-Барановская держала себя «с холодным достоинством», Александр Федорович также был с супругой предельно холоден.Керенский совершенно не помогал семье. Чтобы поднять детей, Ольга Львовна устроилась на работу машинисткой, затем трудилась в благотворительной организации.Невероятными усилиями женщина смогла дать сыновьям отличное образование — Олег и Глеб окончили частную школу, университет, стали дипломированными инженерами.О бывшем муже доходили слухи: Александр Федорович переехал во Францию, стал редактором газеты «Дни», призвал Западную Европу к крестовому походу против Советской России…В 1939 году Ольга Львовна прочитала в эмигрантской прессе, что Керенский женился на бывшей австралийской журналистке Лидии Триттон, которая была младше него на восемнадцать лет и считалась красавицей.После гитлеровской оккупации Франции, Керенский вместе со второй супругой эмигрировал сначала в США, затем — в Австралию. В 1970 году Александр Федорович полностью отказался от еды, и через некоторое время скончался в возрасте 89 лет.Олег Керенский, старший сын Александра Федоровича и Ольги Львовны, стал знаменитым инженером-мостостроителем, членом Лондонского королевского общества.Глеб Керенский также стал инженером, и весьма успешным.Ольга Львовна всю жизнь отзывалась о бывшем муже с исключительным уважением, ни в чем его не винила. В 60-е годы она написала о Керенском большую книгу мемуаров.Ольги Львовны Керенской-Барановской не стало в 1975 году. На момент смерти ей исполнился 91 год.На смертном одре Ольга Львовна прошептала:«Я выпила свою чашу до дна».

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎