Жена молчала, но свекровь всё раскрыла

Тишина в комнате была как густой туман, но свекровь вдруг проскользнула сквозь неё, сияя, как фонарь на ночной площади.

Злата, ты чудо! Красавица, как весенний клен! И еда у тебя ароматный борщ, и дом будто в сказке. Как же мне повезло с твоим Андреем! сказала Тамара Петровна, улыбаясь, будто крошки холодца таяли на её губах. Мой покойный муж, царствие ему небесное, говорил, что женщина должна быть хозяйственной, а красота лишь украшение!

Злата кивнула, встала и пошла к столу за добавкой салата, привыкла к этим льстивым, но за ними всегда скрывались острые слова.

Андрей будет благодарен судьбе, что нашёл такую жену, продолжала Тамара Петровна, не замечая, как сын морщится. Современные девчонки только в клубы бегают, а в нашем веке женщины были более домовитыми, и матерью становились рано.

Андрей бросил на неё просящий взгляд, когда Злата вернулась с кухни.

Тётя, попробуйте салат с креветками, спокойно предложила она, будто не слышала тонкого намёка.

Спасибо, дорогая! Не переживай, всё у вас получится, кивнула свекровь, её глаза блестели, как зеркала в дождливой Москве. Когда я ждала Андрея, мне было двадцать два, и всё шло без проблем. Сейчас все строят карьеру, а потом плачут, что детей не могут.

Злата сжала губы. Ей тридцать два, а разговоры о детях ранили её, как холодный ветер в Сочи. Три безуспешные попытки ЭКО оставили шрам. Давление мамы, которая каждый раз заводила разговор о внуках, становилось невыносимым.

Мама, давай сменим тему, Андрей взял её за руку. Как твоя новая квартира? Обжилась уже?

Что ты, сынок! Ремонтники всё перепортили, обои криво наклеили, придётся самой доделывать. Лазить по стремянкам в моём возрасте уже не так удобно, тяжело вздохнула Тамара Петровна. Хорошо, что соседка иногда помогает.

Мы же предлагали помощь, напомнил Андрей.

Да где вам! У вас свои заботы, работа, работа. Когда вам старуху навещать?

Мама!

Ладно, я понимаю, молодёжь занята. Но знаешь, Злата, я в твоём возрасте успевала и работать, и дом держать, и ребёнка растить. Одна, между прочим! После того, как муж погиб.

В комнате повисла глухая тишина, как в старом кинотеатре. Андрей сжал руку жены ещё крепче. Злата смотрела на узор скатерти, понимая, что спорить с Тамарой Петровной бесполезно она всё сводит к тому, что раньше было лучше, а сейчас всё не так.

Андрюша, помнишь Свету, дочь моей подруги Валентины? вдруг оживилась свекровь. Она уже третий ребёнок родила и работает главным бухгалтером. Ей всего двадцать девять!

Замечательно, сухо ответил Андрей. Мама, ты пирог будешь? Злата специально для тебя испекла яблочный, как ты любишь.

Ой, спасибо, солнышко! растаяла в улыбке Тамара Петровна. Злата, золотце моё, кто бы мог подумать, что ты такая хозяюшка! Я, когда вы только познакомились, боялась, ведь ты старше Андрея.

На четыре года, мама, перебил Андрей. Это не разница.

Конечно, конечно! Какая разница! размахнула руками свекровь. Я просто думала Не важно. Главное, что вы счастливы. Только вот детишек бы вам

Мама!

Да ничего! Я лишь волнуюсь. Время идёт, а сколько случаев, когда поздние дети рождаются с отклонениями?

Злата резко встала.

Извините, мне нужно позвонить, тихо прошептала она и вышла.

Андрей провел жену тревожным взглядом и обратился к матери:

Зачем ты это делаешь?

Что делаю? искренне удивилась Тамара Петровна.

Постоянно напоминаешь о детях. Ты знаешь, что у нас проблемы.

Я просто беспокоюсь! прижала руку к груди. Может, вы лечитесь не так. Соседка рассказывала про знахарку в Подмосковье, что травами

Хватит, Андрей был твёрд. Мы к лучшим врачам ходим. Твои намёки и сравнения с чужими детьми не помогают.

Я лишь хочу внуков, сынок, глаза мамы наполнились слезами. Пока я жива.

Мама, тебе пятьдесят восемь.

В нашем роду женщины рано уходят! воскликнула она, словно читая из семейного эпоса. Бабушка умерла в шестьдесят три, прабабушка раньше. Проклятие рода, наверное.

Андрей потер переносицу, устало. Этот разговор повторялся вновь и вновь, каждый раз заканчивался одинаково: мать обижалась, Злата замыкалась, а он стоял между двух огней.

В комнату вернулась Злата, спокойная, глаза блестели чуть ярче.

Тамара Петровна, кофе будете? спросила она, будто ничего не случилось.

Спасибо, дорогуша, но мне нельзя, давление, вздохнула свекровь. А чай с пирогом с удовольствием.

Вечер тек дальше, свекровь рассказывала о своих болезнях, о подругах, чьи дети звонят каждый день, навещают по выходным и возят на дачу. Андрей нервничал, но поддерживал разговор. Злата молчала, изредка улыбаясь и предлагая добавки.

Наконец Тамара Петровна собралась домой.

Андрюша, проводи меня, сказала она, надевая пальто. Темно уже, страшно одной.

Конечно, мама, Андрей поцеловал жену. Я быстро, не жди меня.

Когда за ними закрылась дверь, Злата упала на диван, как лист в осенний ветер. Она держалась, молчала, терпела, будто в её груди шло тихое море, готовое взорваться.

В тот момент зазвонил телефон. На экране высветилось имя мамы.

Тамара Петровна, удивилась Злата. Вы чтото забыли?

Нетнет, дорогуша, голос был мягок. Я просто хотела сказать Андрей ушёл за такси, а я подумала, что нам надо