Коллекторы пришли к отцу выбивать долг, но попали на его дочь и очень сильно об этом пожалели

Марина Ковальчук выходила из такси и сразу почувствовала, как что-то внутри сжалось от знакомого запаха. Этот двор, эти серые пятиэтажки, облезлая детская площадка с качелями, всё здесь кричало о детстве. Она провела тут первые восемнадцать лет своей жизни, а потом уехала служить и возвращалась только на короткие визиты. Сейчас ей было тридцать лет, и она капитан спецназа.

Позывной «Стрелок» получила не за фамилию, а за то, что могла попасть в цель с любого расстояния и в любых условиях. Последние полгода провела в командировке, где каждый день мог стать последним. Поэтому, когда выдался недельный перерыв, решила навестить родителей. Марина поднималась по знакомой лестнице, и под ногами скрипели те самые ступеньки, на которых она когда-то сидела с подругами.

Холодный металл перил был липким от влажности, в подъезде пахло хлоркой и кошачьей мочой. Камеры наблюдения над почтовыми ящиками не работали уже полгода, управляющая компания экономила на обслуживании. На третьем этаже она достала ключи и открыла дверь. Квартира встретила тишиной и теплом.

Родители наверняка на рынке, по субботам они всегда ходили туда за свежими овощами. Пока на кухне закипал чайник, Марина бродила по комнатам и постепенно начала замечать странные детали. На столе в гостиной лежала стопка неоплаченных счетов, электричество, газ, вода, интернет. Все просрочено на два-три месяца.

Отец всегда был педантичен в таких вещах, никогда не допускал задержек. В родительской спальне на тумбочке отца лежал блокнот с нервными записями, цифрами, какими-то расчетами. Почерк был неровным, будто человек писал в спешке или в сильном волнении. Занять у Сергея пятьдесят тысяч, отдать быстрым деньгам двести тысяч до пятнадцатого, где взять еще сто.

Марина вернулась в гостиную и подошла к старому книжному шкафу. В детстве знала, что отец прячет деньги в томике Шевченко на верхней полке. Это была семейная заначка на черный день. Она достала книгу и открыла.

Пусто. Совсем пусто. Чайник на кухне закипел и щелкнул. Марина села на диван, пытаясь собраться с мыслями.

Неоплаченные счета, странные записи про долги, пустая заначка, что-то серьезно не так. Она достала телефон, хотела позвонить матери, но передумала. Лучше дождаться их дома и поговорить спокойно. Минут через двадцать она услышала шаги на лестнице.

Тяжелые, медленные, несколько человек. Марина насторожилась. Родители так не ходят, да и их должно быть двое, а тут явно больше. Шаги остановились у двери.

Резкий, требовательный звонок. Марина посмотрела в глазок. На площадке стояли трое мужчин, один крупный с шрамом на левой щеке, второй в очках повыше ростом, третий молодой, весь в татуировках, нервно переминался с ноги на ногу. Все одеты по-спортивному, дорого, но без вкуса.

Интуиция, оточенная годами службы, кричала об опасности. Марина открыла дверь на цепочку и спросила, что им нужно. Крупный со шрамом, оценивающе посмотрел на нее и поинтересовался, дома ли Олег Иванович. Когда Марина представилась дочерью и попросила объяснить, в чем дело, молодой парень толкнул дверь.

Цепочка с треском слетела. Трое ворвались в квартиру. Запах дешевого одеколона и сигарет ударил в нос. Крупный со шрамом прошел вперед, оглядывая квартиру, и объяснил проблему, отец взял деньги у их людей, и не отдает уже три месяца.

Тот, что в очках, назвал сумму 2 миллиона 300 тысяч гривен. Марина попыталась договориться, предложила решить вопрос цивилизованно, но молодой парень с татуировками подошел слишком близко и схватил ее за руку. Горячее дыхание с запахом табака ударило в лицо. Что-то внутри Марины щелкнуло.

Годы тренировок, рефлексы, мышечная память, она развернулась, выкрутила его руку и ударила локтем в челюсть. Молодой рухнул на пол с глухим стуком, из разбитого носа хлынула кровь. Крупный со шрамом бросился вперед, а тот, что в очках, подставил ей подножку. Марина упала, ударившись коленом о пол.

Острая боль пронзила ногу. На нее навалились оба, удар в живот, выбил воздух из легких, потом в бок, в спину, в голову. Она пыталась защищаться, даже успела ударить крупного по ребрам, но их было двое, и они били профессионально, методично, целясь в болевые точки. Молодой поднялся с пола, вытирая кровь с лица и с разбега ударил ее ногой в живот…