орал муж в телефон, а я уже знала, что вместо командировки он уехал с любовницей на отдых. По возвращении его ждал ещё больший СЮРПРИЗ…

— Попроси у коллеги в долг. У той же Алины. — Откуда ты знаешь про Алину?

— Ты же сам говорил, что с ней в командировку поехал. Снова пауза. — Ладно, попрошу.

До связи. Анна улыбнулась. Он окончательно запутался в своих лжах.

На следующий день, в четверг, события начали развиваться стремительно. Утром позвонила Тамара Ивановна. — Аннушка, мне нужно с тобой встретиться.

Срочно. — По какому поводу? — Приезжай, поговорим.

Тон у свекрови был таким, что Анна поняла: отказаться не получится. Она договорилась с коллегой о замещении на пару часов и поехала к Тамаре Ивановне. Квартира свекрови находилась в старом районе, на третьем этаже хрущевки, без лифта.

Анна поднялась по скрипучим ступенькам и позвонила в дверь. — Проходи, садись. Тамара Ивановна выглядела взволнованной.

— Чай будешь? — Не откажусь. Они сели за кухонный стол, заставленный баночками с вареньем и коробочками с лекарствами.

— Аннушка, я вчера весь вечер думала о нашем разговоре. Что ты имела в виду, спрашивая про Бали? — А вы как думаете?

— Я думаю, что ты что-то подозреваешь. И я хочу знать, что. Анна посмотрела на свекровь внимательно.

Тамара Ивановна была непростой женщиной. Всю жизнь проработала учительницей математики, вырастила сына одна после развода, привыкла всё контролировать и во всё вмешиваться. Но она любила Антона и по-своему заботилась о семье сына.

— Сергей не во Львове, — сказала Анна прямо. — Он на Бали. С любовницей.

Тамара Ивановна побледнела. — Ты уверена? — Абсолютно.

Анна достала телефон и показала фотографии Алины из социальных сетей, геолокацию, банковские операции. — Господи. Свекровь закрыла лицо руками.

— Я же чувствовала, что что-то не так. Он какой-то странный был последнее время. — Странный в каком смысле?

— Нервный, рассеянный. Всё время с телефоном сидел, улыбался чему-то. А когда я спрашивала, говорил, что рабочие дела.

Они сидели молча несколько минут. — Что ты будешь делать? — наконец спросила Тамара Ивановна. — Разводиться.

— А Антон? — Антон останется со мной. Сергей может видеться с ним, но жить отдельно.

— А где он будет жить? Квартира же ваша общая. — Нет.

Квартира моя. Полностью. Анна объяснила ситуацию с документами на недвижимость.

— Понятно. Свекровь вздохнула. — Аннушка, я знаю, что мы с тобой не всегда ладили.

И я, наверное, слишком лезла в ваши дела. Но я хочу, чтобы ты знала, если ты права, то я на твоей стороне. Антон мой внук, и я не хочу, чтобы он страдал из-за глупости отца.

Это было неожиданно. Анна привыкла к тому, что свекровь всегда защищает сына, даже когда он неправ. — Спасибо, Тамара Ивановна.

— Только, может быть, стоит попытаться поговорить с ним? Дать ему шанс исправиться? — Он ужжет мне каждый день уже полтора года.

Тратит наши деньги на другую женщину. О каких шансах речь? Тамара Ивановна кивнула.

— Ты права. Прости его, если можешь. И меня прости за то, что не разглядела, что он стал таким.

По дороге домой Анна думала об этом разговоре. Поддержка свекрови была неожиданной, но приятной. Значит, не все будут считать ее виноватой в разрушении семьи.

Вечером Сергей звонил три раза. Сначала ругался из-за карт, потом просил прощения за грубость, потом рассказывал про успешные переговоры. Анна отвечала коротко, сдержанно, не выдавая своих чувств.

— Завтра прилетаю в 7 вечера, — сказал он в последнем звонке. — Хорошо. — Встречать будешь?

— Конечно. Она не стала говорить, что встречать его будет пакет документов на столе в прихожей и новые замки на дверях. В пятницу утром Анна отвела Антона в школу и вернулась домой к слесарю…