* Миллионер в шутку пригласил уборщицу… Но когда она пришла, все были в шоке…

— Валентина Петровна, я не могу тратить деньги на салон. — Кто говорит о деньгах? Анжела мне должна за то, что я ей свадебное платье дочери шила. Договорились?

Марина согласилась. В субботу утром она отправилась к стилисту. Анжела оказалась энергичной женщиной лет пятидесяти с внимательными глазами. — Валя мне все рассказала, — сказала она, усаживая Марину в кресло.

— Светский раут, да? Посмотрим, что можно сделать. Два часа спустя Марина не узнавала себя в зеркале. Волосы были собраны в элегантную прическу, макияж подчеркивал глаза и скулы.

Она выглядела, как прежде. — Спасибо, — тихо сказала она. — Удачи, дорогая. И помни, ты стоишь не меньше любой из них.

Дмитрий провел субботу в спортзале, пытаясь отвлечься от нервозности. Он выбрал лучший костюм, дорогие часы, запонки от известного ювелира. Но беспокойство не проходило. В половине седьмого он стоял в фойе «Премьер Паласа», поправляя галстук.

Вокруг собирались гости аукциона — политики, бизнесмены, деятели культуры. Дмитрий знал многих в лицо. Без пяти семь он начал волноваться. А что, если она не придет?

Или передумает в последний момент? Ровно в семь у входа остановилось такси. Из машины вышла женщина в синем платье. Дмитрий не сразу понял, что это Марина.

— Дмитрий Сергеевич! — голос Марины заставил его очнуться. Он замер, глядя на женщину, которую не узнал. Синее платье идеально сидело на ее фигуре, подчеркивая изящную шею и плечи.

Волосы были убраны в классическую прическу, а легкий макияж делал ее лицо почти аристократичным. — Марина? — неуверенно спросил он. — Да, это я. Не опоздала?

— Ты выглядишь потрясающе. Она улыбнулась, и Дмитрий понял, что эта улыбка не имеет ничего общего с робостью или благодарностью. Это была улыбка женщины, которая знает себе цену. — Спасибо.

Пройдем? Они поднялись по мраморной лестнице в банкетный зал. Дмитрий чувствовал на себе взгляды знакомых. Некоторые кивали ему, явно интересуясь его спутницей.

— Красивое место, — сказала Марина, оглядывая зал с хрустальными люстрами и золоченными колоннами. — Ты здесь не была раньше? — Была. Давно.

Дмитрий хотел спросить когда, но их прервал Алексей. — Дима, познакомь нас с очаровательной спутницей. — Алексей Петренко — мой партнер. Марина…

— Соколенко, — закончила она, протягивая руку Алексею. Тот поцеловал ее руку с галантностью старой школы. — Очень приятно. Вы работаете в нашей компании?

— Да, но мы редко пересекаемся по роду деятельности. Дмитрий удивился дипломатичности ее ответа. Марина не солгала, но и не сказала правды о своей работе. — Извините, я хочу познакомить Марину с дирижером детского оркестра, — сказал Дмитрий, увидев седого мужчину у рояля.

Они подошли к Сергею Михайловичу Колотило, главному дирижеру Киевского детского симфонического оркестра. — Сергей Михайлович, разрешите представить Марину Соколенко? Дирижер повернулся и внимательно посмотрел на Марину. — Очень приятно.

Вы интересуетесь классической музыкой? — Да, довольно серьезно. — Что думаете о программе сегодняшнего концерта? — Если честно, я бы добавила что-то из Лысенко.

Второй концерт для фортепиано идеально подходит для детского оркестра. Технически сложный, но очень эмоциональный. Дирижер поднял брови. — Интересная мысль.

А что скажете о трактовке Горовица? — Горовиц играл Лысенко слишком сдержанно. Этот композитор требует больше страсти, больше украинской души. Дмитрий слушал разговор с изумлением.

Марина говорила о музыке так, будто всю жизнь этим занималась. — Совершенно согласен, — улыбнулся дирижер. — Редко встречаю такое понимание у людей, не связанных с музыкой профессионально. — Кто сказал, что я не связана? — тихо ответила Марина.

Началась официальная часть вечера. Гости заняли места за столиками. Дмитрий и Марина сидели в центре зала, где собрались основные спонсоры. — Как дела, Ковальчук? — подсел к ним Виктор Семенович Кравченко, владелец крупной строительной фирмы.

— Кто эта красавица? — Марина Соколенко, — представил Дмитрий. — А, понятно. Модель?

Актриса? — Учитель музыки, — спокойно ответила Марина. — Как интересно. А где преподаете?

— Частные уроки, в основном детям. Виктор Семенович кивнул и переключился на Дмитрия. Но Дмитрий продолжал смотреть на Марину. Учитель музыки?

Когда она успевает заниматься этим, работая уборщицей? Начался аукцион. Лоты выставлялись один за другим: картины, ювелирные изделия, поездки на курорты. Марина внимательно следила за торгами, иногда что-то записывая в маленький блокнот.

— Следующий лот, — объявил аукционист. — Старинное пианино работы мастера Иоганна Шанца, 1820 год. Инструмент полностью отреставрирован и находится в рабочем состоянии. Марина подалась вперед.

— Этот мастер делал инструменты для Бетховена, — шепнула она Дмитрию. — Звук у таких пианино особенный, очень теплый. — Ты разбираешься в старинных инструментах? — Немного.

Торги начались с 500 тысяч гривен. Марина следила за ними с напряжением. Когда цена дошла до миллиона, большинство участников отпали. — Миллион сто тысяч! — выкрикнул толстый мужчина в углу.

— Миллион двести! — спокойно сказала Марина, подняв руку. Дмитрий чуть не подавился вином. — Ты что делаешь? — Покупаю пианино.

— У тебя есть миллион двести тысяч? — Нет. Но у вас есть. — Что?

— Купите его для детского оркестра. Им нужен хороший инструмент, а у вас репутация щедрого спонсора. Дмитрий посмотрел на нее с недоумением, но что-то в ее взгляде заставило его кивнуть аукционисту. — Миллион двести тысяч от господина Ковальчука.

Есть ли желающие перебить? Толстый мужчина махнул рукой и отказался от торгов. — Продано господину Ковальчуку за миллион двести тысяч гривен. Зал зашумел…