Екатеринбуржец с женой-инвалидом и двумя детьми остался на улице. Их выгнали под дождь и не дали собрать вещи

Тот самый дом, которого лишилась семья Наимовых

«Яндекс Карты»

В Екатеринбурге семья лишилась шикарного дома. Мухриддин Наимов с супругой и двумя детьми годами жил в коттедже в микрорайоне Семь Ключей, который построил своими руками. В начале сентября 2025 года всех четверых выставили под дождь с пустыми руками. Рассказываем, как так вышло.

Ставка выросла с 48 до 84%

Мухриддин родился в Таджикистане, но давно живет в России и еще 15 лет назад получил гражданство. Здесь он создал семью и наладил быт. Его супруга тоже из-за границы, Сяо Хуа родом из Китая, в России живет по виду на жительство. Вместе они растят двух дочек.

В 2021 году у мужчины возникли финансовые сложности. Чтобы исправить ситуацию, ему пришлось взять заем в пять миллионов рублей под серьезный процент — 48% годовых. При этом с жесткими условиями об увеличении процента до 84% при просрочке. В залог по договору супруги оставили дом.

В долг Мухриддин взял у предпринимателя из Миасса по имени Иван, которого посоветовала юрист, помогавшая Наимовым с оформлением документов на дом. Сам Наимов утверждает, что исправно платил долг, а потом ежемесячный платеж резко вырос, появилась просрочка — тогда Иван пошел в суд.

«У меня долги были, по договору в месяц я должен был по 200 тысяч отдавать. В итоге вернул шесть с чем-то миллионов. Потом он поменял договор, просил уже по 250 тысяч, потом пошел в суд, не предупредив», — говорит Мухриддин.

При этом даже юрист Наимова подчеркивает, что о судебных заседаниях семью предупреждали. И, как отмечает представитель должника Евгений Осинцев, если бы Мухриддин участвовал в процессе, проблем сейчас было бы гораздо меньше.

«По судебным документам мы знаем, что Мухриддину всегда направлялись судебные повестки, но по каким-то причинам он их не получал. Более того, Иван в мессенджере скидывал ему все документы по делу, предупреждал о просрочках, о намерении идти в суд, скидывал тексты судебных решений. Мухриддин знал об этом всем, но по каким-то причинам прятал голову в песок от проблем», — говорит юрист.

В итоге в 2023 году городской суд Миасса встал на сторону Ивана, обязав Наимовых выплатить 7,4 миллиона рублей основного долга и 5 миллионов накопившихся процентов (по ставке 84%), а также 44 тысячи рублей госпошлины.

Тем же решением наложили взыскание на дом и участок под ним. По результатам оценки, представленной в суд, его оценили в 22,79 миллиона рублей.

«Обратить взыскание на заложенное имущество путем продажи с публичных торгов, установив начальную продажную стоимость имущества в размере 22 797 049 рублей 60 копеек», — сказано в решении суда.

Оценку дома провели, даже не попадая внутрь

«Яндекс Карты»

Торги так и не состоялись, а дом просто передали взыскателю. С 16 декабря 2024 года собственником по документам числится уже Иван.

В мае 2025 года Железнодорожный районный суд Екатеринбурга признал Мухриддина, Сяо Хуа и их дочек утратившими право пользования жилым помещением, приняв решение об их выселении и снятии с регистрационного учета.

«Под дождь выставили на улицу»

По утверждению Мухриддина, о судах он не знал, поэтому не мог выступить в свою защиту и доказать, что должен гораздо меньше, чем заявил в суде Иван. Он уже написал заявление в полицию, требуя возбудить дело о мошенничестве.

«Участие в судебных заседаниях не принимали, не были извещены о слушаниях, в связи с чем были лишены возможности представить свои возражения относительно предмета спора. Вместе с тем Иван М. и его представитель не сообщили суду, что Наимовым была выплачена сумма в 6 053 500 рублей в счет погашения задолженности, что подтверждается чеками о переводах», — сказано в заявлении бывшего хозяина дома.

Как объясняет юрист, в суде не шло и речи о том, что часть долга Наимов погасил.

«Иван не представил суду вообще ни одной платежки. Как будто Мухриддин за два года не заплатил ни копейки, это явно подтасовка. Из текста решения видно, что суд не видел ни одного платежа. При этом платежи были, в том числе по указаниям Ивана Мухриддин переводил деньги третьим лицам — жене Ивана, еще каким-то людям. Пару раз даже сестра Сяо Хуа переводила деньги людям по указанию Ивана. Эти платежи оказались неучтенными», — отмечает Евгений Осинцев.

Более того, по независимой оценке, которую семья заказала уже после, оказалось, что цена дома была занижена: двухэтажный коттедж вместе с участком сторонние эксперты оценили в 49 миллионов рублей. Разницу между суммой долга и стоимостью дома, утвержденной в суде, Наимовым не выплатили.

«Если приставы передали дом взыскателю, то, во-первых, должны вернуть разницу в стоимости, а во-вторых, большие вопросы к тому, как происходило само выселение. Пристав должен был надлежащим образом уведомить людей о том, что будет выселение, предоставить им срок для добровольного исполнения решения суда. А их под дождь выставили на улицу», — говорит судебный защитник семьи.

Они полторы недели ходили только в том, во что были одеты при выселении. Взять с собой им ничего не дали, все личные вещи, одежда детей, ценности остались в доме.

Евгений Осинцев

Сейчас Мухриддин с женой и двумя детьми переехали к сестре Сяо Хуа с пустыми руками. Только через полторы недели Наимовы смогли вернуться в свой бывший дом и забрать хоть что-то.

Юристу Мухриддин заявил, что когда пришел за вещами, не обнаружил дома ценностей на 10 миллионов рублей. На вопрос о том, почему он не продал их, чтобы выплатить долги, отвечает, что не знал о судах и грозящем выселении. Но каких-либо подтверждений о том, что ценности были, Мухриддин в редакцию Е1.RU предоставить не смог.

«Взыскатель, грубо говоря, отвоевал стены, а не то, что внутри: кухонный гарнитур, мебель, технику, документы. По утверждению Наимова, в доме были ценности на 10 миллионов рублей — золото и деньги. Их Мухриддину не отдали. При выселении пристав не составлял опись, не вручил акт об этом», — поясняет Евгений Осинцев.

Об исчезновении ценностей Мухриддин написал заявление в полицию.

Приставы говорили семье уходить, так как они больше не прописаны в доме и он им не принадлежит

читатель E1.RU

Сейчас в базе судебных приставов нет никаких данных по Мухриддину, то есть фактически исполнительное производство завершено. Но семья с его материалами пока так и не ознакомлена. Юрист направил запрос в ФССП.

«Мы полагаем, что в части сохранности имущества допущена халатность — дом был передан со всем внутренним имуществом, а взыскатель не должен был получить ничего находящегося внутри. Если уж пристав передавал дом, то тогда должен был передать его под ответственное хранение со всеми материальными ценностями внутри, составить подробную опись, этого всего сделано не было», — говорит Евгений Осинцев.

«Из дома сделали проходной двор»

Сам Иван в дом переезжать, судя по всему, не стал, но там находятся посторонние люди.

«Выселили их в пятницу, в воскресенье я был на месте и стал свидетелем такой ситуации: там был мужчина — не взыскатель. При этом с ключами. Мухриддин вызывал полицию. У мужчины не было ни доверенности, ничего. Якобы ему дали ключ, причем он не знает кто, чтобы тот постирал вещи. То есть из дома сделали проходной двор, а там ценности и имущество семьи Мухриддина,», — подчеркнул защитник.

Как отмечает Евгений Осинцев, вопросы вызывает и сам договор займа. По документу супруга Мухриддина проходит созаемщиком, однако в то время у нее были проблемы и с речью, и с осознанием происходящего после ишемического инсульта и на фоне других заболеваний. Женщина прикована к инвалидной коляске.

«Есть еще одно большое серьезнейшее обстоятельство. У него жена, помимо того, что иностранец, она инвалид — как с физической точки зрения, так и с психологической. Когда ее в коляске выставили на улицу, она вообще ничего не понимала. В каком она состоянии была, когда подписывала договор займа — тоже вопрос», — говорит Евгений Осинцев.

Когда семью выселяли, Сяо Хуа несколько часов просидела во дворе в инвалидной коляске

читатель E1.RU

В пресс-службе Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области E1.RU ответили, что исполнительное производство о выселении было возбуждено в августе 2025 года и постановление об этом семье направляли.

«В соответствии с частью 12 статьи 87 Федерального закона „Об исполнительном производстве“ нереализованное имущество должника передается взыскателю по цене на двадцать пять процентов ниже его стоимости, указанной в постановлении судебного пристава-исполнителя об оценке имущества должника. Если эта цена превышает сумму, подлежащую выплате взыскателю по исполнительному документу, то взыскатель вправе оставить нереализованное имущество за собой при условии одновременной выплаты соответствующей разницы на депозитный счет службы судебных приставов», — также сказано в ответе ФССП.

«Для меня это дикость»

В своем ответе приставы также указали, что «должник, представитель должника вправе ознакомиться с материалами исполнительного производства в часы приема граждан». Евгений Осинцев же утверждает, что сделать этого они не могут.

«На сегодняшний момент самое странное — это поведение екатеринбургских приставов. С их стороны создаются максимальные препятствия к тому, чтобы мы вовремя смогли начать защищать интересы Мухриддина. Мы подали заявления на ознакомление с материалами всех исполнительных производств. Когда мы пришли, эти дела лежали на столе у пристава, и он даже нам их показывал, но заставил написать заявление официально через канцелярию об ознакомлении с материалами дела. Мы каждый приемный день ходили, а в итоге получили отказ, потому что дело сдано в архив», — рассказывает юрист.

Больше двух недель представители семьи пытались ознакомиться с документами, но безуспешно. По словам Евгения Осинцева, в устной форме приставы сказали им подавать административный иск, и только в судебном порядке они предоставят материалы дела.

Для меня это дикость. Человек лишился жилья, приставы действовали невероятно жестоко, фактически выставив его с детьми и женой-инвалидом под дождь, они несколько часов стояли, потому что им просто некуда было ехать.

Евгений Осинцев

«Каждый иск в суд — это новые расходы для человека, новые сроки. Приставы делают всё, чтобы это было настолько неудобно и дорого для Мухриддина, чтобы, видимо, прикрыть какие-то свои грехи. А грехи-то существуют, потому что они фактически выселили семью из дома, не дав возможность вывезти оттуда ничего», — добавляет Евгений Осинцев.

Помимо дома и ценностей в нем, семья также не может получить доступ к автомобилю, оставшемуся во дворе. Каким образом оформлено это имущество, тоже неизвестно, так как приставы не предоставили документов.

Chevrolet Мухриддина остался во дворе дома, откуда выгнали семью

читатель E1.RU

Евгений Осинцев отмечает, что ситуация для семьи могла быть гораздо менее критичной, если бы Мухриддин еще в 2023 году обратился за юридической помощью и не избегал судов.

«Поскольку Мухриддин занял позицию избегания судебных разбирательств, защитить себя он не смог. Суд принял во внимание только одну внесудебную оценку дома на 22 миллиона рублей, Мухриддин же утверждает, что реальная цена около 60 миллионов. Если бы Мухриддин активно участвовал в деле, мог бы указать на это, и так легко дом Ивану бы не достался. Причем оценщики не были в доме, не видели технический паспорт, не учитывали состояние, поэтому оценили достаточно низко», — говорит эксперт.

Сейчас юристы, которые занимаются ситуацией Мухриддина и Сяо Хуа, пытаются восстановить сроки для подачи апелляционной жалобы по самому первому решению суда.

Связаться с Иваном к моменту публикации материала не удалось. Мы готовы предоставить слово новому владельцу дома, если он обратится в редакцию Е1.RU.

Прочитайте также, как мать двух детей оказалась на улице из-за долга. Квартиру она оставила в залог, когда оформляла заем.

Несколько лет назад в Екатеринбурге банк попытался забрать квартиру у многодетной семьи из-за долга всего в 40 тысяч рублей. В итоге всё закончилось хорошо, долг им оплатил меценат, а банк в этом случае пошел навстречу, и квартиру сняли с торгов. В каких случаях банки могут продать ипотечную квартиру и насколько критичны просрочки по кредиту, мы рассказывали в этом материале.