Вернулась в родительский дом через 15 лет и узнала: все это время я жила как беднячка, не подозревая, что я богатая наследница

Вернулась в родительский дом через пятнадцать лет и узнала: всё это время я жила как нищая, не подозревая, что являюсь богатой наследницей.

«Анна Михайловна, ваш отец он сегодня утром»

Голос Людмилы Ивановны дрожал. Я сжала телефон так сильно, что костяшки пальцев побелели.

«Что с ним?» спросила я, удивляясь, как чуждо звучит мой собственный голос.

«Сердце. Михаил Петрович скончался во сне.»

Пятнадцать лет. Столько прошло с тех пор, как я в последний раз видела отца, слышала его голос. Теперь уже не услышу.

Дорога от райцентра до родного городка заняла три часа. Каждый километр словно возвращал время вспять знакомые повороты, старые дома, запах осеннего воздуха. Всё осталось точно таким же, каким было, когда я уехала.

Дом встретил меня тишиной. На крыльце стояла женщина лет сорока пяти светловолосая, в чёрном платье. Рядом с ней высокий паренёк с глазами, как у отца.

«Ты Анна?» спросила женщина. «Я Марина. Это Олег, твой брат.»

Слово «брат» прозвучало странно. У меня был брат, которого я никогда не видела.

«Мама говорила, что у меня есть сестра,» сказал Олег, разглядывая меня с детским любопытством. «Ты правда сбежала из дома в пятнадцать?»

«Олег!» пожурила его Марина. «Заходи, Аня. Людмила Ивановна ждёт.»

Внутри пахло свежей выпечкой и горем. Людмила Ивановна сидела на кухне постаревшая, но всё такая же деловая.

«Аннушка, доченька,» обняла она меня. «Худая какая. Наверное, плохо питаешься.»

«Всё в порядке, Людмила Ивановна.»

«А где работаешь?»

«Администратором в гостинице.»

Марина приподняла бровь:

«В гостинице? Я думала, ты уехала учиться, делать карьеру.»

В её голосе не было осуждения лишь лёгкое недоумение. Но мне стало не по себе.

«Отец часто спрашивал о тебе,» тихо сказала Людмила Ивановна. «Радовался, что ты живёшь самостоятельной жизнью. Даже гордился.»

«Гордился?» я не смогла скрыть горечь. «После того, как выгнал меня?»

«Он никого не выгонял,» резко ответила Людмила Ивановна. «Ты ушла сама, после той ссоры.»

Марина переглянулась с Олегом и встала.

«Мы сходим к соседям, там ещё много дел. Поговорите.»

Когда они ушли, Людмила Ивановна налила мне чаю и села напротив.

«Расскажи про Дениса,» попросила я. «Что на самом деле случилось?»

Старушка вздохнула:

«У отца были веские причины не одобрять ваши отношения. Денис Кравец воровал запчасти из автосервиса и перепродавал. Сначала Михаил Петрович подозревал рабочих, потом выяснил, что это он.»

«Почему он мне не сказал?»

«Боялся, что не поверишь. Пятнадцатилетняя девочка влюблена думает, отец тиран, во всё лезет.»

Я молча переваривала услышанное.

«А что с Денисом?»

«Через полгода после твоего отъезда его поймали. Год отсидел. Потом уехал в другой город. Здесь его больше не видели.»

На следующий день были похороны. Собралось много народу отец был уважаемым человеком. После кладбища разошлись все, кроме самых близких.

«Завтра приедет нотариус,» сказала Марина, убирая со стола. «Игорь Васильевич хочет зачитать завещание.»

«Почему не сразу?»

«Отец просил подождать, пока ты вернёшься.»

Я удивилась. Значит, он знал, что я приеду? Или просто надеялся?

Вечером мы сидели на кухне. Олег делал уроки, Марина гладила бельё. Обычная семейная жизнь, в которой я чувствовала себя чужой.

«Расскажи про отца,» попросила я. «Каким он был в последние годы?»

Марина задумалась.

«Хорошим мужем, заботливым отцом. Честным, трудолюбивым. Просто грустным. Особенно в твой день рождения и на Новый год. Говорил: «Интересно, как там моя Аня празднует?»»

«Мама, а почему папа никогда не рассказывал мне про Анну?» спросил Олег, отрываясь от учебника.

«Рассказывал. Ты просто был слишком маленький.»

«Тогда почему она не приезжала?»

Марина посмотрела на меня:

«Это лучше спросить у Анны.»

«Гордыня,» честно ответила я. «Глупая, детская гордыня.»

Утром приехал нотариус Игорь Васильевич, сухопарый мужчина за шестьдесят, в строгом костюме и очках. За ним вошёл Виктор Семёнович деловой партнёр отца, которого я помнила с детства.

«Аня!» он широко улыбнулся. «Какая красавица! Вылитая мать в молодости!»

Я пожала его руку, но улыбнуться не смогла. Что-то в его тоне вызвало тревогу.

Нотариус разложил документы на столе:

«Приступим к оглашению завещания Михаила Петровича Петрова.»

Он начал читать официальным, бесстрастным голосом. Дом и автосервис переходили семье. Но затем последовал сюрприз:

«Денежные средства в размере восьми миллионов рублей, находящиеся на депозитном счёте в банке «Развитие», завещаются дочери Анне Михайловне Петровой.»

В комнате повисла тишина. Марина побледнела. Виктор нахмурился. Олег не понимал.

«Восемь миллионов?» переспросила я. «Откуда у отца такие деньги?»

«Михаил Петрович пятнадцать лет откладывал доходы от автосервиса и других сделок,» объяснил нотариус. «Счёт был открыт на ваше имя с рождения.»

«Это несправедливо!» резко вскочил Виктор. «Эти деньги должны достаться семье! У него есть жена и сын!»

«Завещание составлено в соответствии с законом,» спокойно ответил Игорь Васильевич.

Марина молчала, но на её лице читались шок и боль.

«Марина Степановна,» обратился к ней нотариус, «ваш супруг оставил вам письмо.»

Она дрожащими руками вскрыла конверт. По мере чтения её выражение менялось.

«Что там?» попросила я.

«Он пишет, что эти деньги всегда предназначались тебе. Мечтал, что ты вернёшься, и хотел, чтобы у тебя был шанс начать новую жизнь. Нам с Олегом он оставил дом, автосервис и ещё один счёт полтора миллиона.»

Виктор покраснел.

«А как же наше парт