С тех пор как она выставила своего благоверного за порог, прошло ровно восемь лет, два месяца и семнадцать дней. Не то чтобы она считала каждый день, но эта дата навсегда осталась в памяти как начало новой, настоящей истории. Их сын, Ваня, уже вырос и стал самостоятельным мужчиной.

Прошло ровно восемь лет, два месяца и семнадцать дней с тех пор, как она выставила за дверь своего супруга. Не то чтобы она считала каждый день просто эта дата навсегда врезалась в память как начало новой, настоящей жизни. Их сын Женя уже вырос, стал самостоятельным мужчиной.

Лучи утреннего солнца, нежные и настойчивые, пробивались сквозь тонкую ткань занавесок и водили золотистыми зайчиками по лицу спящей женщины. Они словно шептали: «Просыпайся, мир уже прекрасен и ждет тебя». Влада потянулась в кровати, чувствуя приятную легкость после крепкого сна. Эта легкость была заслуженной наградой за годы работы над собой.

На самом деле она не считала дни. Но та дата навсегда осталась в памяти. Женя учился на четвертом курсе престижного института и почти не приезжал домой. Лишь звонки, знакомый голос в трубке, такой родной и с каждым днем все более далекий: Мам, у меня сессия, потом подработка, мы с Лерой… слышала она и, пряча легкую грусть, бодро отвечала: «Конечно, сынок, я понимаю! У меня всё хорошо!» И не врала. Ее жизнь обрела смысл и порядок.

Влада была стройной, подтянутой, с ясным взглядом серо-голубых глаз. В свои сорок три она выглядела на тридцать. Секрет был прост: четыре года неизменного ритуала. Подъем в шесть утра, пробежка, контрастный душ, полезный завтрак и рывок в офис. Она работала менеджером в крупной компании и ценила свое место. Директор, педантичный и с удивительным чутьем на опоздания, не терпел безответственности.

Часто она видела, как он, будто возникая из воздуха, появлялся в коридоре ровно в 9:01 перед запыхавшимся сотрудником: Так, опаздываем? Надо раньше вставать! Объяснительную мне на стол! его низкий властный голос заставлял вздрагивать даже тех, кто ни в чем не был винован.

В коллективе Владу уважали. Она была умной, целеустремленной, всегда готовой помочь коллегам. Не высокомерная, простая в общении. Вот только в личной жизни после развода царила тишина. Свободное время она заполняла работой, заботой о себе и верным любимцем лабрадором по имени Барни, которого ласково называла Бариком.

Именно с его появлением четыре года назад начались эти бодрящие утренние пробежки. Барни стал ее личным будильником, тренером и самым верным другом. Красавец с шоколадной шерстью, умными глазами и неиссякаемым запасом доброты. Его спокойный характер был для Влады лучшим антидепрессантом.

В детстве у нее всегда были собаки, но за годы брака с Алексеем пришлось забыть об этой мечте. Он ненавидел животных: Если приведете с сыном в квартиру какую-нибудь шавку, мгновенно выброшу ее с седьмого этажа. Обещаю. И в его глазах было столько злобы, что Влада верила каждому слову.

В итоге это она едва не выбросила с седьмого этажа его самого, когда он в пьяном угаре впервые поднял на нее руку. Не хватило сил только душевных. Она рыдала в спальне, слушая, как он беснуется в гостиной. А потом он сам хлопнул дверью, забрав заранее собранные ею вещи. Пятнадцать лет жизни, последние три из которых превратились в ад. Алексей не состоялся ни как муж, ни как отец эгоист, самовлюбленный, вечно недовольный. Последней каплей стал тот удар. Слава богу, Жени тогда не было дома

«Хорошо, что выгнала его. Созвонимся. Зарплаты хватает. Лучше одной, чем терпеть это и показывать сыну уродливый пример семьи», думала она тогда. И не ошиблась. Восемь лет она жила счастливо, в гармонии с собой. Мужчин близко не подпускала. Видимо, Алексей испортил ей вкус к отношениям навсегда.

Теплый августовскийНо в тот день, когда она упала в парке и сломала ногу, Влада и не подозревала, что её жизнь снова изменится на этот раз к лучшему.