* Дождавшись, когда все уйдут после дня рождения нашей дочери, свекровь стала собирать в сумки все ее подарки со словами «Отнесу моей настоящей внучке!» когда я вмешалась, то получила удар в лицо. Это было последней каплей….

«Мать есть мать. Трудно поверить, что она может быть такой». «Может», — горько усмехнулся Денис.

«Еще как может». «Теперь что будет?» «Теперь будем жить спокойно», — сказал Денис. Без постоянного напряжения.

Без фальши. «А если она попытается помириться?» «Не получится», — твердо ответил Денис. «Некоторые вещи не прощаются».

«Денис», — Тамара взяла мужа за руку. «Ты точно не жалеешь?» «Тома», — он посмотрел на жену. «Вы с Миланой — самое дорогое, что у меня есть.

И я не позволю никому вас обижать, даже матери». «Я тебя люблю», — тихо сказала Тамара. «И я тебя люблю», — ответил Денис.

«Обеих. Больше жизни». Через неделю позвонила Света.

Кричала в трубку, требовала, чтобы Денис извинился перед матерью. «Мама плачет каждый день», — обвиняла она. «Ты разбил ей сердце».

«Она разбила сердце моей дочери», — спокойно ответил Денис. «Думаю, мы квиты». «Милана — не твоя дочь».

«Света», — сказал Денис устало. «Если ты тоже так думаешь, то нам не о чем разговаривать». «Денис, ты не можешь?» «Могу.

И делаю. Не звони больше». Он положил трубку.

Света больше не звонила. Через месяц Евгения Анатольевна попыталась прийти сама. Стояла у двери, просила открыть, говорила, что хочет поговорить с внучкой.

«Милочка», — кричала она через дверь. «Солнышко, открой бабушке». «Не хочу», — спокойно ответила девочка.

«Вы же сказали, что я чужая». «Я не хотела…» «Хотели», — перебила Милана. «И это правда.

Идите лучше к Алисе». «Милочка, пожалуйста». «Нет», — твердо сказала девочка.

«Мне не нужна бабушка, которая меня не любит». Евгения Анатольевна ушла. Больше не возвращалась.

Прошло три года. Евгения Анатольевна, измученная одиночеством и болезнями, пыталась восстановить отношения с сыном через общих знакомых. «Денис», — говорила соседка тетя Клава…