заявил муж. Я согласилась. И вот наступил день рождения мужа, и он притащил 20 родственников, как всегда, пожрать на халяву. Едва они прошли на кухню, чуть дара речи не лишились…

Каждый вечер он смотрел на мою тарелку голодными глазами. Я специально готовила что-то вкусное, запекала рыбу с овощами, делала пасту с морепродуктами, жарила стейки и семги. Ела медленно, с удовольствием, а он сидел со своими пельменями и страдал.

В среду вечером он не выдержал. «Слушай, может, хватит уже?» сказал он, глядя, как я ем теплый салат с креветками и авокадо. «Что хватит?» «Ну, это вот всё».

«Я понял, я не прав был. Давай вернемся к нормальной жизни». «Игорь, прошло три дня».

Я спокойно отрезала кусочек авокадо. «Ты сам говорил. Месяц.

Давай попробуем месяц». «Но это же глупо. Мы же семья».

«Именно. Мы семья. А в семье, как ты мне объяснил, каждый должен отвечать за себя.

По-европейски». Он хмыкнул и отвернулся. Больше в эту неделю мы на эту тему не разговаривали.

В четверг мне написала свекровь, Татьяна Михайловна. «Анечка, мы в субботу к вам подъедем к часу дня. Как обычно.

Папа соскучился, хочет с Игорьком повидаться». Я посмотрела на сообщение и улыбнулась. «Как обычно.

К часу дня. Без вопросов, удобно ли нам, есть ли у нас планы. Просто констатация факта, мы приедем, а вы нас ждите».

Обычно к их приезду я готовилась как к празднику. С утра бежала на рынок, за свежим мясом, овощами, зеленью. Потом весь день стояла у плиты.

Борщ, потому что свекр любит только мой борщ. Жареная курица, потому что свекровь не переносит духовку, она сушит мясо. Салаты, три вида минимум.

Пироги обязательно с яблоками, это любимое у Игоря. Накрывала стол красиво, скатерть глажу специальную, достаю хорошую посуду. Они приходили, садились, ели.

Хвалили редко. Чаще замечания. Соли маловато, курица суховата, а в прошлый раз пирог был пышнее.

Сидели часов до пяти, иногда до шести. Потом уходили. Я убирала гору посуды, отмывала кухню, падала без сил.

И так каждую субботу. Семь лет. Я написала свекрови.

Татьяна Михайловна, мы будем дома. Приезжайте. Не написала, как я буду рада или ждем с нетерпением.

Просто приезжайте. В пятницу вечером Игорь спросил. Слушай, а завтра родители приедут.

Ты что-нибудь приготовишь? Нет. Я даже не подняла головы от телефона. Листала ленту в соцсетях, смотрела рецепт запеканки для себя.

Как это нет? Он опешил. А вот так? Я не готовлю. Аня, но это же мои родители.

Именно. Твои. Не мои.

Значит, это твоя забота, их накормить. Но ты же всегда готовила. Я всегда готовила на свои деньги.

Я отложила телефон и посмотрела на него. Я покупала продукты, стояла у плиты по пять часов, убирала потом. И знаешь что? Твоя мама ни разу, ни разу не сказала спасибо.

Зато всегда находила к чему придраться. Ну, мама такая. Он пожал плечами.

У нее характер. У меня тоже характер. И теперь я его проявляю.

Хочешь накормить родителей, готовь сам. Или закажи еду. Или предупреди, что обед не будет.

Это невозможно. Что они подумают? Не знаю. Я снова взяла телефон.

Это твоя проблема, Игорь. Я больше не бесплатное столовое для твоих родственников. Он побагровел.

Ты понимаешь, что это ненормально. Жена должна… Должна? Я встала. Подошла к нему вплотную.

Говорила тихо, но очень четко. Жена ничего не должна, Игорь. Особенно жена, которую обвиняют в том, что она объедает мужа.

Ты хотел раздельный бюджет? Получи. До конца. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал.

Развернулся и ушел в комнату. Хлопнул дверью. А я вернулась к своему телефону.

Сердце колотилось, руки дрожали, но я была спокойна. Впервые за много лет я чувствовала, что делаю правильную вещь. Утром в субботу я встала, как обычно.

Сварила себе кофе. Позавтракала йогуртом с мюсли. Игорь появился на кухне ближе к десяти, лохматый, невыспавшийся, злой.

— Родители будут через три часа, — сказал он место приветствия. — Ага. Я кивнула.

— И что ты предлагаешь? — Я ничего не предлагаю. Это твои гости, тебе и думать. Он постоял, постоял, потом схватил ключи от машины.

— Поеду, куплю готовую еду, — бросил он и хлопнул дверью. Я улыбнулась, пошла в душ, потом сделала себе маникюр. Давно хотела, все времени не было.

Накрасилась красиво, надела джинсы и новую блузку, шелковую, бежевую, которую купила в прошлом месяце и ни разу не надевала. Игорь тогда сказал, что она слишком нарядная для дома. Ну так сегодня как раз повод.

Игорь вернулся в половине первого. Притащил пакеты из Ашана, готовую курицу-гриль, салаты в пластиковых контейнерах, нарезки колбасы и сыра. Все выложил на стол, как есть, в магазинной упаковке, даже тарелки не достал.

— Вот, — сказал он, — будут есть то, что есть. Я пожала плечами. Прошла в комнату, взяла книгу.

Села в кресло у окна читать. Мне было все равно. Ровно в час раздался звонок в дверь.

Игорь пошел открывать. Я слышала голоса в прихожей, бодрый бас свекра Михаила Семеновича и звонкий голос свекрови. — Здравствуйте, заходите, — говорил Игорь.

— Игорек, сынок! — Это Татьяна Михайловна. — Как ты? Похудел, что ли? Они прошли на кухню. Я встала, вышла поздороваться.

Натянула улыбку. — Здравствуйте, — сказала я. — Анечка! Свекровь чмокнула меня в щеку. Пахла от нее дорогими духами и чем-то сладким.

— Как дела, милая? — Ох, а что это у тебя на столе? Она оглядела кухню. Ее лицо постепенно менялось от приветливой улыбки до недоумения, а потом до откровенного возмущения. — Это… Это что? Она показала пальцем на курицу в магазинной упаковке.

— Готовая еда? — Да, мам. Игорь попытался улыбнуться. — Я купил вкусная курица, между прочим.

— Готовая? — повторила Татьяна Михайловна. Она посмотрела на меня. — Аня, ты не готовила? — Нет, — ответила я спокойно.

— Не готовила. — Почему? Голос Свекрови стал холодным. — Ты же знала, что мы приедем.

— Знала. Я села на стул. Но я больше не готовлю для гостей Игоря.

Повисла тишина. Свекр покашлял. Игорь уставился в пол.

Татьяна Михайловна смотрела на меня так, будто я только что заявила, что присоединяюсь к секте. — Что значит «для гостей Игоря»? — медленно произнесла она. — Мы же семья.

Мы с Игорем перешли на раздельный бюджет, — объяснила я с невозмутимым видом. — Каждый оплачивает свои расходы. Игорь посчитал, что я его объедаю, поэтому теперь каждый покупает еду для себя.

Это была его инициатива. Свекровь медленно повернулась к сыну. — Игорь? — в ее голосе прозвучала сталь.

— Это правда? — Ну, в общем, он мялся. Я просто предложил более справедливую систему. Как в Европе.

Вадим рассказывал. — Вадим? — свекровь аж подскочила. — Этот кретин, который третью жену меняет? Ты его слушаешь? — Мам, при чем тут? — При том…