Ну что, попался, дружище…

Попал ты, парень

Иван не торопился домой после работы. Съёмная квартира это не дом, а так, временное пристанище. Он сделал лишний круг по городу. Дождь барабанил по стёклам машины, ветер срывал последние листья с берёз. Один жёлтый лист застрял в дворнике со стороны пассажира. Бабье лето кончилось какая баба, такое и лето, как говаривал отец.

Отец. Ангелом он не был, водку любил. Мать ругалась, а Ваня обожал, когда отец приходил домой навеселе. Тогда он становился добрым и сувал сыну мелочь. На следующий день после школы Ваня бежал в магазин купить складной ножик, как у Кольки, или бутылку «Буратино» с пачкой «Кириешек».

Эх, были времена. Всё казалось простым и ясным: рядом родители, которые защитят, объяснят, помогут. А ещё в том далёком прошлом была девочка Лена. Хрупкая, с льняными волосами и прозрачными голубыми глазами. Казалось, подует ветер и унесёт её. Поэтому он всегда держал её за руку.

Но их история не успела стать крепкой. Он поцеловал её всего раз просто прикоснулся губами к её губам на мгновение. Больше всего ему хотелось идти куда-нибудь далеко, не отпуская её руку.

Её отец был военным, в их школу она пришла в седьмом классе. А в начале десятого семья уехала в Новосибирск.

Сколько раз он хотел написать ей. Но зачем? Они не вернутся, а он вряд ли окажется в Новосибирске. Давать себе ложную надежду? Наверное, она думала так же ни звонка, ни сообщения.

Но память упрямо хранила её образ. Он встречался только с теми, кто хоть чем-то напоминал Лену. Но все они были не такими, как та, что осталась в его сердце или в его воображении, кто теперь разберёт?

А женился на совсем другой. Вернее, это Оксана его выбрала. Они учились в одном вузе, в одной группе. Она встречалась с другими, да и не в его вкусе была. Но на третьем курсе их отправили на практику на один завод. Часто шли вместе. Оксана приехала из какой-то деревни, но называла её посёлком.

Летом общежитие пустело, все разъезжались, но Оксана осталась. Как-то позвала его к себе: «Сварила борщ, а есть некому».

Друзья предупреждали: провинциалки цепляются за парней, чтобы замуж выйти и в городе остаться. Будь начеку, а то «залетит» и пиши пропало.

Борщ оказался отменным, даже мать так не готовила. А потом случилось то, что и должно было случиться. В последний момент Иван опомнился, но Оксана сказала: «Я предохраняюсь». Всю практику они «отрывались по полной». Любви не было только страсть, совсем не такая, как к Лене.

Учёба началась, они виделись только на парах. Через месяц Оксана остановила его в коридоре: «Я беременна».

Ты же говорила, что предохраняешься.

Пару раз таблетки забыла. Раньше прокатывало, а с тобой не вышло. Боюсь аборт делать вдруг детей больше не будет.

Ему стало её жалко. Рассказал родителям, познакомил. Оксана ловко орудовала на кухне, дала пару советов мать сразу прониклась:

Хозяйственная. Теперь я за сына спокойна голодным не останется.

Перед Новым годом сыграли свадьбу. С белым платьем, тортом и дурацкими конкурсами. Кто придумал невест через мост на руках носить? Друзья подкалывали:

Шире шаг, Вань. Теперь всю жизнь так будешь маршировать.

Оксана была «кровь с молоком», не хрупкая пришлось попотеть, но он справился.

Тогда он и понял, что попал. Но сначала всё шло неплохо. Родители влезли в ипотеку купили им однокомнатную. Оксана готовилась к материнству, в холодильнике всегда была еда. Мать нахваливала невестку.

Всё изменилось с рождением дочки. Оксана взяла академ. Мать помогала по вечерам. Иван перевёлся на заочное и устроился на тот самый завод.

Он приходил с работы выжатый. Катя плохо спала ночью. Едва переступал порог Оксана тут же сувала ему орущего ребёнка. Но стоило прийти матери и всё налаживалось. Дочка моментально затихала, Оксана отдыхала, а мать управлялась по хозяйству.

Уходя, она шептала:

Со вторым не торопитесь. Ты уж, сынок, постарайся.

После свадьбы Оксана строго пила таблетки. Даже ночью вставала проверить. Вот бы сразу так.

Дочь росла, в однушке стало тесно. Иван получил диплом, искал работу получше. Менял места то платят мало, то подталкивают к махинациям.

Другие крутятся и ты учись, ворчала Оксана, когда он снова увольнялся.

Но он не мог переступить через совесть. Оксана доучилась, устроилась помощницей директора. Зарплата маленькая, но перспективы были. Двух доходов не хватало.

Меньше бы нарядов покупала, ворчал Иван.

Я в приёмной директора, мне вид нужен. А ты работу найди получше.

Оксана задерживалась: то совещание, то партнёры. Ревновал, ссорились каждый день. Однажды она сказала:

Дальше так жить не могу.

Я давно ждал этого. Долго терпела, признался Иван. Нашла кого побогаче?

Если бы ты меня слушал, этого разговора не было.

Ты никогда меня не любила. Я тебе был нужен, чтобы в городе остаться

Ты в деревне не жил, не знаешь, каково это печку топить, воду греть.

Иван усмехнулся. Наконец призналась, что из деревни.

Собери мои вещи, а то лишнее возьму.

Оксана аккуратно сложила всё в чемодан. К родителям он не поехал снял квартиру. Остался один, без семьи, без жилья, с алиментами. Начал пить. Сосед часто составлял компанию.

Тебе везёт один живёшь, бухай сколько влезет, никто мозги не ебёт, завидовал он.

Но когда жена за ним приходила бежал домой с радостью.

После очередного увольнения Иван понял: надо завязывать, иначе пропадёт.

Выпить есть? Сосед ныл. Жена бутылку в раковину вылила. Ну ты представляешь?

Извини, нет. Завязал. Работу нашёл, надо в форме быть.

Ладно, пойду тогда