«Эмиграция стала единственным шансом сохранить себя как врача». История беларуса, который сменил беларускую больницу на польскую клинику

Артем Кошкин – врач из Беларуси, который сегодня живёт и работает в Польше. В 2021 году, после очередной ночной смены в минской больнице, он случайно наткнулся на объявление о трудоустройстве беларусских медиков за границей – и решил рискнуть. Получилось все не сразу.

В Польше Артему пришлось начать с нуля – работать санитаром в приёмном отделении и подрабатывать барменом по ночам. Но уже через несколько месяцев он получил временную лицензию и снова вернулся в профессию.

Сейчас Кошкин – врач первого контакта в польской поликлинике и дежурный медик отделения экстренной помощи (SOR) в городе под Лодзью.

В интервью Vitrina.pl он рассказал, что стало решающим толчком к переезду, как беларусские врачи проходят путь к признанию диплома в Польше и чем работа врача за границей отличается от беларуской медицины.

«Заполнил анкету «на автомате», не строя больших иллюзий»

– Расскажите о своём профессиональном пути в Беларуси – кем вы работали, в какой сфере медицины?

– Моя медицинская история началась ещё в студенческие годы. Уже с третьего курса я устроился работать на скорую помощь. После окончания университета в 2015 году я продолжил работать в терапевтической сфере. Приёмное отделение стало местом, где я научился принимать решения быстро и уверенно, ведь через мои руки за дежурство проходили десятки пациентов. Паллиативное отделение в онкоцентре научило меня терпению, состраданию и особому взгляду на ценность каждого дня. В частной клинике Минска я впервые почувствовал другой ритм – там ценили сервис, внимательное отношение к пациенту и высокий стандарт работы.

– Когда и почему вы приняли решение уехать из Беларуси?

– Решение вызревало постепенно, но окончательно оно оформилось в 2021 году. Помню тот день очень отчётливо: я пришёл домой после ночной смены в приёмном отделении. В голове звенела тишина – полное опустошение. И именно в тот момент, совершенно случайно, я наткнулся на рекламу агентства, которое занималось трудоустройством врачей в Польше. Условия выглядели удивительно простыми: не требовался сертификат знания языка, нужен был только двухлетний стаж. Я заполнил анкету «на автомате», не строя больших иллюзий. Честно говоря, тогда я был близок к выгоранию. Работы было много, ответственность огромная, а доход не соответствовал ни усилиям, ни затраченному времени. Я всерьёз задумывался о том, чтобы оставить практику и перейти в фармбизнес, стать медицинским представителем. Это казалось чуть ли не единственным способом обеспечить достойный уровень жизни. Но внутренний голос говорил: «Это не твой путь». Я понимал, что медицина для меня – не просто профессия, а часть личности. Эмиграция в тот момент стала единственным шансом сохранить себя как врача, сохранить верность делу, которое люблю, и при этом дать своей семье шанс на лучшее будущее.

«Переезжал я буквально с одним чемоданом»

– Почему именно Польша стала страной, куда вы решили переехать?

– На тот момент Польша предлагала упрощённую процедуру получения временной лицензии для врачей – её ввели во время пандемии, когда кадровый дефицит стоял особенно остро. В отличие от Германии или других стран ЕС, здесь не требовался сертификат знания языка. Польский казался доступнее для изучения – всё же славянская группа языков.

– Были ли у вас знакомые или коллеги, которые уже работали в Польше и помогли советом?

– На тот момент – никого. Всё приходилось узнавать самому. Первой точкой опоры стал координатор агентства, которая объясняла базовые шаги. Потом я нашёл тематические группы в Telegram, где собирались такие же врачи, как я. Мы обсуждали буквально всё: от правильного оформления документов до поиска квартиры. Там делились советами, поддерживали друг друга и просто делились эмоциями. Это сообщество стало для меня источником сил – я понял, что мы все идём похожим путём, и в трудные моменты можно опереться на опыт тех, кто прошёл чуть дальше.

– Насколько сложно было принять решение начать всё заново в другой стране?

– Честно? Легко. Я понимал, что терять особо нечего, всегда можно вернуться. Но если не попробую – буду жалеть всю жизнь. Моя семья сначала относилась настороженно. Думаю, они до конца не верили, что всё это всерьёз, пока я не сел в автобус до Варшавы с одним чемоданом. В тот момент стало ясно: дороги назад уже нет, начинается новая глава.

– Как проходил сам процесс переезда? Что оказалось самым трудным?

– После консультации с координатором я начал учить польский язык – онлайн с репетитором и самостоятельно. Через три месяца меня пригласили на онлайн-собеседование с работодателем. До сих пор помню, как он предложил «разыграть приём пациента» – и я буквально онемел от стресса. Но к моему удивлению, поляки отнеслись с пониманием, поддержали. Это стало для меня мощной мотивацией совершенствовать язык. С документами в Беларуси тоже было непросто. Кто-то помогал с теплотой – особенно сотрудники университета, чьи дети тоже уехали за границу. Но были и те, кто отпускал язвительные комментарии. К счастью, их было меньшинство. Переезжал я буквально с одним чемоданом. Мы с семьёй договорились: сначала я закреплюсь, а потом они приедут.

Забегая вперед – Артем успешно перевез семью, сразу после получения разрешения на работу.

Работал санитаром и подрабатывал барменом

– Быстро ли вам удалось трудоустроиться в Польше?

– После встречи с работодателем я понял, что предложенные условия не позволят покрыть даже базовые расходы, и вынужден был отказаться от работы, потеряв вместе с этим временную лицензию, привязанную к контракту. Чтобы не терять время и продолжать жить в Польше, мне предложили временно работать санитаром в приёмном отделении SOR. Здесь я впервые столкнулся с полной структурой польской системы здравоохранения, учился и постепенно вникал в местные рабочие процессы. За зарплату санитара я снимал жильё, но перспектива разрешения на работу была неясной: предполагалось ждать примерно полгода. Чтобы не тратить сбережения, я вспомнил опыт работы барменом в студенчестве и начал искать подработку в местных барах и ресторанах. Мне предложили работать барменом/официантом в пабе три раза в неделю после основной работы, чаще ночами. Эти деньги и чаевые покрывали бытовые расходы. Иногда приходилось работать на мойке, очищать посуду и складывать её в посудомоечную машину. И вот спустя три месяца мне позвонили из отдела кадров больницы: моё новое временное разрешение на работу готово.

Признание диплома: от языкового теста до выпускного экзамена

– Какие документы или процедуры нужно было пройти, чтобы легально работать врачом в Польше?

– Сначала я получил временное разрешение на пять лет. Но уже через год понял: нужно двигаться к полному признанию диплома. Первым шагом был медицинский языковой экзамен в Главной врачебной палате (NIL). Он включает тест, диктант, чтение текста и устную часть с симуляцией «врач–пациент». Сдал его с первого раза. Затем настал черёд нострификации – экзамена по всем основным областям медицины: терапии, хирургии, гинекологии, педиатрии, психиатрии и анестезиологии. Первую попытку я провалил, не хватило всего 6%. Это было неприятно, но дало мощный стимул. Я готовился по 4–6 часов ежедневно, иногда даже на дежурствах. Через полгода пересдал успешно. Далее – полугодовая интернатура (мне засчитали часть беларусской), после чего нужно было сдать LEK – выпускной экзамен для всех польских выпускников. К счастью, тут помогала база тестов. Его я сдал с первой попытки. В итоге я получил постоянную лицензию и впервые почувствовал настоящую стабильность.

О польских пациентах и языковом барьере

– Как польские пациенты относятся к врачам-иностранцам?

– Мой опыт показывает, что отношение очень положительное. Я приехал подготовленным, со знанием языка, и это сильно помогает. Пациенты ценят профессионализм, вежливость и готовность помочь. Иногда замечают акцент, интересуются, откуда я приехал, рассказывают истории о знакомых или родственниках из Беларуси. Часто слышу комплименты относительно эмпатии врачей из Восточной Европы. Люди ценят внимание и человеческое отношение к пациенту, что даёт дополнительную мотивацию работать ещё лучше.

– Есть ли языковой барьер в работе? Как вы справлялись с ним?

– В начале – да. Особенно трудно было брать телефон или звонить в отделения: хотелось говорить идеально, и если не находил слово, наступал ступор. Но практика быстро всё исправила. Помню один эпизод: я сопровождал пациента с тяжёлым отравлением в университетскую клинику. Меня встретила группа профессоров, и глава токсикологии попросил доложить о пациенте. В тот момент у меня не было выбора, и именно такие ситуации помогли «закалить» язык.

О плюсах и минусах польского здравоохранения

– Что вас больше всего удивило – приятно или наоборот – в польской системе здравоохранения?

– Приятно удивило оснащение: всё необходимое для ухода за пациентом здесь всегда под рукой – одноразовые изделия, современная аппаратура. Документация ведётся преимущественно в электронном виде, никаких бесконечных журналов. Много образовательных порталов, доступных для врачей, с актуальной и структурированной информацией. Отдельно отмечу отсутствие жёстких протоколов: врачи ориентируются на международные рекомендации, а значит, больше свободы в выборе лечения. А ещё – человеческое отношение. Помню, в первый день работы санитаром меня на чашку кофе пригласила начмед, которая сама показала больницу и познакомила с коллективом.

– А минусы?

– Конечно, есть и минусы. Огромные очереди к специалистам – пациенты могут ждать месяцами. Не все могут позволить себе частную консультацию. Иногда нет быстрых управленческих решений: вместо приказа главврача – многочасовые «круглые столы» и переписки между отделениями. Но это тоже отражение системы, где врачи – не подчинённые, а партнёры. Где есть диалог вместо силы.

– Чем отличается работа врача в Польше от того, как это было в Беларуси?

– Главное отличие – уважение к врачу. Врач это социальный статус. Здесь никто не войдёт в кабинет с угрозами и ультиматумами, требуя «срочно положить в больницу, потому что хочу прокапаться». Решение принимает врач, и это решение уважается. Другой важный момент – рыночные отношения. Врач фактически продаёт свои знания и навыки работодателю. Там, где выше спрос – лучше условия. Особенно в небольших городах, где кадровый дефицит. Рабочее время строго оговорено, переработки оплачиваются. В контракте можно прописать всё – от количества пациентов до компенсации за транспорт. Доходы врачей в Польше находятся в топ-5% самых высокооплачиваемых специалистов страны. Это позволяет чувствовать финансовую стабильность и сосредоточиться на качестве работы. Нагрузка всё же высокая из-за дефицита кадров, но каждая минута твоей работы ценится и оплачивается справедливо. Особо приятно удивило, что здесь нет сильного разделения по специализациям в плане дохода. Я могу оставаться в терапии, заниматься любимым делом и получать достойную оплату. В Беларуси, к примеру, разрыв между терапевтом и хирургом был очень заметен.

Кстати, Артем ведет блог в Инстаграм, где рассказывает о своих буднях, делится наблюдениями о медицине Польши. Зарядиться позитивом от его роликов можно здесь: koshkin_md.

Если у вас есть вопросы к Артему, например, о поликлиниках или отделениях неотложной помощи (SOR) в Польше, задавайте! Артем ответит на них, а мы опубликуем ответы.

Чтобы оставаться в курсе событий, подписывайтесь на Telegram-канал и Instagram или группу FB нашей «Витрины». Если вы хотите поделиться новостями с редакцией – пишите.

ПОСЛЕДНЕЕ В Новости