В морг привезли погибшего солдата, а когда патологоанатом раздел его то замер в шоке, увидев ЭТО…

— Этот человек носил чужие документы. Кравчук почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Но кто он тогда? — Этого я пока не знаю.

Но татуировка… — Донченко показал на спину покойника. — Это карта расположения секретных складов боеприпасов и военной техники. Координаты, глубина заложения, коды доступа.

Если эта информация попадёт к противнику… — Господи! А что означает операция Феникс? Донченко обменялся взглядами со своими офицерами.

— Этого я тебе сказать не могу. Гриф секретности. Но поверь мне, если об этом узнают не те люди, пострадают тысячи наших солдат. На следующее утро Кравчук пришёл на работу и обнаружил, что тело неизвестного солдата исчезло.

Холодильная камера была пуста, документы пропали, а в журнале учёта не осталось никаких записей о рядовом Вовке. — Куда делось тело? — спросил он у ночной санитарки Марии. — Какое тело, Андрей Васильевич?

Вчера вечером приезжали военные, забрали какого-то солдата для перезахоронения. Сказали, ошибка в документах. Кравчук понял, что это работа Донченко. Но почему он не предупредил?

И главное, успел ли кто-то ещё увидеть татуировку? В обеденный перерыв ему позвонил неизвестный мужчина. — Андрей Васильевич Кравчук? — Да, слушаю.

— Мы знаем, что вы видели. И знаем, что фотографировали. Нас интересуют эти снимки. — Кто это говорит?

— Неважно. Важно то, что у вас есть информация, которая нам нужна. Встретимся сегодня в 9 вечера в парке Шевченко, у памятника. Приходите один и принесите телефон.

— А если я не приду? — Тогда ваша дочь Анна, студентка третьего курса медицинского института, может не добраться до дома. Красивая девочка, кстати. Часто ездит на автобусе № 15.

Кравчук похолодел. Аня, его единственная дочь — после смерти жены самое дорогое, что у него есть. — Вы… Вы не посмеете.

— 9 вечера, парк Шевченко. Не опаздывайте. Телефон отключился. Кравчук судорожно набрал номер дочери.

— Аня, ты где? — Папа? В институте, на лекции. А что случилось?

— Ничего, просто. Будь осторожна, хорошо? Приезжай домой на такси, не на автобусе. — Пап, ты странно говоришь.

Ты в порядке? — Да, всё нормально. Просто приезжай на такси. Я оплачу.

Кравчук понял, что попал в ловушку. Кто-то ещё знал о татуировке. Но кто? И как они так быстро вычислили его дочь?

Вечером Кравчук приехал в парк Шевченко. Было уже темно, но редкие прохожие торопились домой. У памятника его ждали двое мужчин в тёмных куртках. — Андрей Васильевич?

Проходите, садитесь на скамейку. Один из мужчин был высокий и худощавый, с проницательными глазами. Второй — коренастый, с шрамом на щеке. — Телефон, — протянул руку высокий.

— Сначала скажите, кто вы такие? — Мы те, кому нужна информация о татуировке. Больше вам знать не нужно. Кравчук неохотно отдал телефон.

Высокий быстро пролистал галерею, нашёл нужные фотографии. — Отлично. Снимки качественные. Но этого недостаточно.

— Что вы имеете в виду? — Нам нужны точные размеры татуировки, пропорции, детали, которые не видны на фото. Вы должны нарисовать карту по памяти. Коренастый мужчина достал планшет и стилус.

— У вас отличная зрительная память, доктор. Медицинское образование даёт свои плоды. Рисуйте. — А если я откажусь?

— Тогда завтра утром ваша дочь не проснётся. Простая инъекция во сне, и всё будет выглядеть как сердечный приступ. Вы же врач, понимаете? Кравчуку пришлось рисовать.

Он старался вспомнить каждую деталь татуировки, каждую линию и цифру. Процесс занял больше часа. — Хорошо, — сказал высокий, изучив рисунок. — Но у нас есть сомнения в точности.

Нам нужно сверить с оригиналом. — Оригинал исчез. Тело забрали военные. — Мы знаем.

И знаем, где оно сейчас находится. Завтра утром вы поедете с нами и ещё раз осмотрите татуировку. На всякий случай. — Я не могу.

У меня работа, обязанности. — Возьмите больничный. Или скажите, что едете на конференцию. Нас это не касается.

Главное, будьте готовы в восемь утра. Мужчины ушли, оставив Кравчука одного в тёмном парке. Он понимал, что влип в историю, из которой не так просто выбраться. Но что он мог сделать?

Жизнь дочери была в опасности. Утром за Кравчуком приехала чёрная машина без номеров. За рулём сидел коренастый мужчина со шрамом, рядом с ним — высокий. На заднем сиденье патологоанатома ждал третий, молодой парень с холодными глазами.

— Куда мы едем? — спросил Кравчук. — Увидите, — коротко ответил высокий. Они выехали из Харькова и направились в сторону границы с Россией.

Дорога заняла около трёх часов. Кравчук пытался запомнить маршрут, но после нескольких поворотов окончательно потерялся. Наконец машина свернула с трассы на грунтовую дорогу, ведущую в лес. Через полчаса они остановились у замаскированного входа в подземный бункер.

— Военная база? — удивился Кравчук. — Что-то вроде того, — усмехнулся высокий. — Идёмте.

Они прошли через несколько контрольных постов, спустились на лифте вниз. Бункер оказался огромным — целый подземный городок с коридорами, кабинетами, лабораториями. В одном из помещений, похожем на морг, на металлическом столе лежало тело солдата с татуировкой. Рядом стоял мужчина в белом халате, явно врач…