* Немецкая овчарка из приюта родила. И тут ветеринар понял, что это не щенки. Все вокруг затаили дыхание от увиденного…

Ольга подошла ближе и тихо позвала. «Лада, милая, ты как?» Овчарка не шелохнулась. Она лежала, свернувшись клубком, глаза открыты, но взгляд настороженный, будто что-то невидимое стояло за дверью.

Когда Ольга потянулась к миске, собака вдруг низко зарычала, защищая пустое место рядом с собой. «Она охраняет воздух, — шепнула одна из волонтерок. — Как будто у нее там щенки, но Лада еще не рожала.» Доктор Кравченко, увидев запись с камеры наблюдения, нахмурился.

«Смотрите, видите как она смотрит в коридор?» Он остановил кадр. «Ее взгляд направлен в одно и то же место каждую ночь.» На пленке было видно.

Собака часами не отводила глаз от темного проема двери, будто ждала кого-то, кого только она могла почувствовать. На следующее утро Лада начала копать под одеялом, нервно переступая лапами. Ее дыхание стало частым, тело дрожало. Ольга вбежала в кабинет.

«Доктор, началось!» Кравченко бросился к ней. На улице гремел гром, ветер гнал дождь по стеклу, приют освещали лишь тусклые лампы и вспышки молний. Лада лежала на боку, тяжело дыша.

«Держись, девочка, — шептал доктор, гладя ее. — Все будет хорошо.» Первый родился почти через час. Маленький комочек, еле шевелящийся.

Но стоило доктору взглянуть. Его лицо изменилось. «Это не щенок, — произнес он тихо.» Ольга замерла.

«Что значит не щенок?» Доктор осторожно поднял малыша. Шерсть короткая, почти бархатная, странно темная. Тело тяжелое, непропорциональное.

Он прислушался. Дыхание едва слышно. Потом появился второй, потом третий. И все выглядели одинаково.

Маленькие, темно-серые, с плоскими мордочками и странными лапками. Молния осветила комнату, и все невольно вздрогнули. Лада тихо скулила, облизывая своих малышей, прижимая их к себе. Ее глаза мокрые, полные страха и любви.

«Что это, Кравченко? — прошептала Ольга.» «Я не знаю, — он ответил, глядя на дрожащие существа. — Но это не просто уродство.» Он прижал стетоскоп к крошечной груди.

Сердце билось медленно, слишком медленно. «Их кровь густая, цвет какой-то металлический, — пробормотал он.» Лада зарычала, когда он попытался отодвинуть одного из малышей. «Тихо, девочка, мы не причиним вреда, — прошептала Ольга, стараясь успокоить ее.»

Доктор задумался. «Я видел нечто подобное, лет десять назад, когда работал рядом с исследовательским центром. Тогда проводили опыты с животными, генетические модификации.» Он осекся, посмотрев на Ладу.

«Может, она оттуда.» Тишина, только дождь барабанил по окну. Ольга посмотрела на овчарку. «Если это правда, — ее голос дрогнул, — то эти малыши результат чьих-то экспериментов.»

Один из детенышей вдруг шевельнулся и издал странный звук. Не лай и не писк, а какой-то короткий, вибрирующий тон. Все замерло. Молния сверкнула снова, осветив стены холодным светом…