Я лежала с температурой 39,5, а свекровь вылила на меня ведро ледяной воды и приказала вставать к гостям… Вот что я сделала в ответ!

Болела я с температурой под сорок, вся горела, голова раскалывалась, а горло будто бритвами резало. Завернулась в одеяло, пыталась хоть немного забыться во сне казалось, только так можно спастись от этой адской боли.И вот лежу я, в полубреду, когда вдруг на меня выливают ведро ледяной воды! Вздрогнула, закашлялась, глаза еле разлепила а над собой вижу свекровь, Тамару Ивановну. Стоит, смотрит буравит взглядом, губы в ниточку сжаты, вся так и пышет злостью.«Чего разлежалась?!» орет на меня. «Через час гости будут! Вставай, убирайся, стол накрывай! Нечего тут валяться, как мешку с картошкой!»Я еле губы разомкнула, голос как у покойника: «Мама у меня сорок даже голову поднять не могу»А она махнула рукой: «Ой, брось! Я в молодости и с температурой полы мыла! Не позорь меня перед гостями!»Тут во мне что-то щелкнуло. Не злость даже холодное, железное спокойствие.Медленно поднялась с кровати, шатаясь, будто пьяная. Прошла мимо неё, взяла телефон и набрала 03. «Скорая? Температура 39.8, горло не дышет, слабость»Свекровь аж побелела: «Ты совсем рехнулась?! Какая скорая?! У нас банкет!»Я впервые в жизни глянула на неё спокойно: «У вас банкет. А у меня воспаление. И это моя квартира.»Пока врачи ехали, Тамара Ивановна носилась по кухне, шипела про «неблагодарную дрянь». Но когда приехала скорая, врач сразу сказал: «Госпитализация. Срочно.»Я взяла сумку, на пороге обернулась: «Когда вернусь чтобы вас здесь не было. И чтоб ноги вашей тут больше не было. Вообще.»Она что-то залепетала, но я уже закрыла дверь.