Мама повадилась брать мою кошку на дачу. Только после каждой такой поездки я забираю бродячее лохматое существо

Кошку свою я не просто завела, я ее выстрадала. Мечтала целый год, выбирала породу, копила деньги. В итоге у меня появилась она - Мила.

Кошка королевских кровей, с таким выражением морды, будто родилась на бархате и спала с детства на лепестках пиона. Характер у неё соответствующий: не орёт, не ворует еду, не писает мимо.

Ходит по дому, как хозяйка замка, умывается по расписанию, ест исключительно с миски. Я иногда на неё смотрю и думаю: да, у этой кошки, наверное, в душе французский паспорт.

Мама, конечно, сначала фыркала:

- Мам, она просто сдержанная, - пыталась объяснить я. - У неё такое воспитание, а не характер. Это же благородная порода, а не подвал с соседней стройки.

- Ага, благородная... Ты тоже благородно так деньги на ветер пустила, - ухмыльнулась мама и ушла.

Но потом прониклась. А когда пришло лето, начался полнейший ужас.

- Давай я её на дачу возьму. Пусть хоть травки поест, на природе побегает. Я сперва пыталась возражать:

- Мам, какая травка? Она у меня в лоток через бортик заходит, чтобы лапки не испачкать!

Я понимала, к чему всё идёт. Эта интонация, этот тон показывали, что решение уже принято, а меня просто информируют.

- Мам, ну пожалуйста. Она там пропадёт, ты за ней не уследишь!

- Ничего с ней не случится, не перегибай. У нас собаки живут и ничего, а тут кошка! Неженка прямо.

Мама - человек настойчивый. Если ей что-то в голову взбрело, остановить невозможно. В итоге как-то утром я обнаружила, что Милы нет. Мама её увезла. Без предупреждения.

- Не волнуйся, - сказала она по телефону. - Всё хорошо. Сидит на крыльце, глазки щурит.

А у меня внутри паника. Ком в горле. Сердце стучит, как перед контрольной, к которой не готовилась.

- Мам, ты с ума сошла?! Почему ты её без спроса увезла?!

- Да тише ты, я же сказала - всё нормально! Успокойся.

Через два дня вернула. Я открыла переноску и чуть не упала. Это не Мила. Это… я не знаю... неизвестное существо. Шерсть клочьями, вся в паутине и репейнике, нос в земле, глаза как плошки. И пахнет от нее так, будто она ночевала в компостной яме.

Через десять минут Мила, моя идеальная кошка, стояла в углу ванной и плевалась, как чёрт. Я её три часа отмывала. Шампунь специальный, расческа, крем от раздражения. После сушки на полу осталась куча шерсти. Я рыдала. Мила рычала. Я всё надеялась, что это сон. Что я проснусь в мире, где моя питомица снова чистая и красивая. Но нет.

- Мам, - сказала я дрожащим голосом, - она ж теперь меня боится! Ты вообще где её держала? Почему за ней не следила?! Ты теперь видишь, на кого она похожа?!

- Ну что ты начинаешь! Мы просто с соседкой на грядках были, а Мила в саду бегала. Весело ей было!

- Какое «весело»?! Как мне ее отмывать?! Она на меня шипит и вырывается, а тебе хоть бы хны! Тебе вообще не совестно?!

Но маме, казалось, было вообще всё равно на мои слова. Как будто я истеричная дочь, а она невинная жертва.

Я села на краешек ванны и прижала мокрую Милу к груди. А она царапалась, не верила. Я не выдержала и заревела. Внутри всё кипело: от обиды, бессилия, ярости. Я хотела кричать, но не могла. Просто тряслась от злости.

Но не тут-то было. Через время дежавю.

- Ну чего ты такая нервная, - уговаривала меня мама. - Сейчас тепло, хорошо. Я за Милой присмотрю.

Я уже и так, и этак - бесполезно.

- Мам, ты помнишь, что в прошлый раз было?!

- Да перестань ты! Я не первый день живу, знаю, что делаю.

Увезла.

Возвращается - повторение ада. Только теперь ещё с царапиной на морде и каким-то семечком в ухе. Я села на кухне и долго смотрела в одну точку. Всё внутри сжималось, как будто кто-то раз за разом ударял по одному и тому же месту. Потом пошла покупать второй шампунь, подороже.

С тех пор при виде маминых сумок я забираю кошку и закрываю в комнате. Мама, конечно, обижается.

- Ну я же из добрых побуждений… Пусть дышит воздухом!

- Мам, это не кошка. Это парижская леди. Ей нужен парфюм, плед и окно. А не сарай, курицы и бабка-соседка с граблями! Если еще раз ее увезешь на дачу, то я разговаривать с тобой не буду и к Миле больше не подпущу!

После этого мама сначала махнула рукой.

- Ой, всё с тобой ясно, - бросила она устало, - выросла, стала важной... Только уважения ноль.

А потом… просто пропала. Не писала, не звонила. Даже на праздники. На сообщения отвечала сухо и с опозданием, а иногда просто игнорировала.

Я не сразу поняла, насколько всё зашло далеко. Думала, остынет. Отойдет. Привыкла, что мама бурчит, но потом всё равно звонит спросить, поела ли я и не дует ли у меня из окна. А тут тишина. Лёд.

Я пыталась ещё раз объяснить, мягче, спокойнее:

- Мам, ну прости, я просто испугалась за Милу. Ну правда. Ты же знаешь, как я её люблю. Я не хотела тебя обидеть.

Но в ответ только раздраженное:

- Всё ты хотела. Ты чётко сказала, что я никчемная, даже за кошкой не могу уследить. Ну и живи теперь со своей принцессой.

Больше мама не звала на дачу, не просила отдать Милу. Вот так теперь и живём. Я с королевой, мама с обидой.

В рубрике "Мнение читателей" публикуются материалы от читателей.

Комментарии 46Добавление комментарияКомментарии

ссылка на комментарий

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎